К этим изданиям необходимо добавить научные монографии А. А. Берзина «Кашалот» и Л. Метьюса «Кит», исследовательские работы А. Г. Томилина, А. В. Яблокова, Ф. Г. Вуда, В. Е. Соколова, Ж. И. Кусто, опубликованные в нашей стране. На английском языке напечатаны книги Д. Слийпера «Киты», Ф. Фрейзера «Киты и китобойный промысел».
В интернет–библиотеке любители морских млекопитающих могут разыскать многочисленные сборники статей Д. Колдуэлла «Поведение кашалота», Р. Келлога «История китов», Н. Саймона «О китах и китобойном промысле», М. Н. Тарасевич «Распространение кашалотов в водах Северных Курил» и многие другие. Все они, подобно статье Джона Уолша «Киты: упадок популяций, происходящий несмотря на ограничение добычи», написаны в защиту китообразных.
Три–четыре столетия залы дворцов, домов богатых купцов и промышленников во всей Европе, а позже и в Новом Свете, освещались спермацетовыми свечами, изготовленными из жира китов–кашалотов, дающими яркий свет и ровное пламя.
Амбра — восковообразное дорогостоящее вещество, извлекаемое из кишечников кашалотов и превращаемое в лабораториях в ароматное вещество, применялось в производстве духов, делая их необычайно стойкими и нежными, сохраняющими свой аромат годами. Во время разделки китов попадалась амбра серого, чёрного и коричневого цвета. Самой ценной является золотистая и белая амбра. Попадались куски весом до 13 килограммов, но самые большие «самородки» амбры обнаружены в убитых кашалотах весом 122 и 270 килограммов!
Китовый ус шёл на изготовление гребешков, тростей, шляп, удочек, кнутов, женских корсетов, зубочисток и прочих безделушек.
Ворвань — подкожный жир использовали для отопления жилищ, а позднее стали добавлять в смазочные масла для морозоустойчивости.
Китовое мясо использовалось в пищу.
Кости и прочие отходы перемалывались на муку, служащую витаминной подкормкой домашним животным.
Из печени китов получали витамин «А».
Самое ценное в кашалоте — жир–спермацет!
Все крема и аптечные мази приготовлялись исключительно на спермацетовой основе. Спермацет служил сырьём для сверхчистого машинного масла. «Продвинутые» химики научились производить из китового жира сначала мыло и маргарин, а потом нитроглицерин и динамит! Выражаясь языком статей и отчётов, жир китов применялся в пищевой, кожевенной, мыловаренной, текстильной, химической, фармацевтической, парфюмерной, косметической и других отраслях промышленности.
Охотились на китов с незапамятных времён. Первобытные люди, преследуя кита, подходили к нему вплотную на лодке, обтянутой кожей, и всаживали в него гарпун–копьё с каменным зазубренным наконечником. К гарпуну привязывали бревно. Раненый кит таскал тяжёлый поплавок, выбивался из сил, и тогда охотники добивали его. Умели древние китобои добывать китов гарпунами с отравленными ядом остриями, или, как японцы, ловили их прочными сетями.
Многие века жиром китов люди освещали и отапливали жилища. Мясо употребляли в пищу, из костей изготовляли предметы быта и украшения, из сухожилий делали нитки и плели верёвки.
С каждым столетием всё совершеннее становилась китовая охота. И если древние охотники отваживались бить кита в лагуне, в прибрежных водах, то уже в шестнадцатом веке парусные китобойные шхуны вели охоту с вельботов в океане. В безобидно плывущего исполина рослый и сильный гарпунёр метал остро отточенный гарпун с крепкой верёвкой–линем, привязанным к носу шлюпки. Кит уходил на глубину, шлюпка тащилась за ним, и порой уходила под воду вместе с китобоями. А иногда разъярённый от боли кит всплывал под вельботом, переворачивал судёнышко, разносил в щепки хвостовым плавником. Гибли китобои в ураганных волнах, в арктических льдах, среди айсбергов Антарктиды, на скользких от жира палубах во время разделки туш, но возможность заработать хорошие деньги гнала их искать удачу, гоняясь за китами.
Говорят, что первыми в открытом море начали промысел китов баски. Само слово «гарпун» происходит от бакского «arpoi». Со временем, баски появились у Ньюфаундленда и Скандинавии. Там охоте на китов от них научились норвежцы. Позднее англичане и голландцы. Люди оспаривали места обитания китов даже с помощью военных кораблей.
Китов добывали Норвегия, Швеция, Дания, Германия, Франция, Испания, Исландия, Соединённые штаты Америки, Чили, Канада, Япония, Китай, Великобритания, Голландия, СССР. Нетрудно представить масштабы этой массовой бойни, если ещё в 1767‑году в заливе Святого Лаврентия, у берегов Лабрадора, Ньюфаундленда и Новой Шотландии 300 шлюпов и шхун Новой Англии били чёрных гладких и серых китов, горбачей и кашалотов. В 1846‑м году лишь только американский китобойный флот насчитывал 735 судов!
Наиболее жестокие морские браконьеры–мародёры изощрялись в изобретениях убийства китов.
Начало невиданному по масштабам во все века смертоубийству животных положил в 1868‑м году норвежец Свенд Фойн. Он изобрёл пушку, стрелявшую гарпуном с разрывной осколочной гранатой — чугунным наконечником, начинённым взрывчаткой и дистанционной трубкой–детонатором.
