«Надо бы их возобновить, — думала она, щуря глазки из-за слепящего сквозь поверхность воды солнца, периодично поглядывая на размывающиеся красное и желтое пятна — ее покемонов, что также наслаждались творением Игнила и Виви, — Можно даже начать прямо сейчас».
Дождаться, пока нехватка воздуха станет критичной, вынырнуть, отдышаться, сделать дыхательную гимнастику, и вновь опуститься под воду. Все как в детстве, как рассказывал девушке ее отец. Погрузившись в воспоминания, отработав это базовое упражнение еще пару раз, девушка не сразу обратила внимание на странные колебания на поверхности воды, да на посторонние звуки, которых попросту не должно было здесь быть. Вынырнув же, девушка была вынуждена закрывать уши руками, ведь душераздирающий вой, еще и усиленный «чашей», заполненной водой, едва не оглушил ее. Поднявшись из воды, она обратила свой взор в сторону, откуда раздавались звуки. Вдали она видела десятки покемонов, стоящих совершенно неподвижно, что странно, учитывая издаваемый кем-то одним рев.
Быстро покинув ванну, девушка рванула сначала к своей сумке, лежащей у самого основания дерева, попутно удивившись отсутствию охраны в виде Джота. Схватив покебол и отозвав свою морскую звезду, она, как была — в мокром желтом топике со спортивным лифчиком под ним, и таких же мокрых джинсовых шортах, босая, побежала в сторону непонятного столпотворения, на ходу вспоминая, что именно туда направились детеныши Алекса.
Чем ближе она подходила, тем отчетливей слышала заливистый хохот генгара, стоящего в окружении десятков манки и нескольких праймейпов, один из которых, с диким, оглушающим ревом молотил покемона своими огромными лапами. Но, что самое страшное, нигде не было видно ни пичу, ни майма.
— ОРИОН! — рявкнула она, предварительно выпустив наружу моментально обмякшего из-за жары старми, — Где детеныши? — едва не шипела она.
— А? — обернулся генгар, и из его рта вышел огромный обезьяний кулак, сразу же вернувшийся обратно, — В тени, — кивнул он себе под ноги.
— Фу-у-уф… Они напали на Пенни и Лаки?
— Дя.
— Эх… Выруби их, но не убивай. Можешь… разобраться с этим бешенным, он все равно так просто не отстанет, но остальных не трогай.
— Н-но…
— Так надо, — она бросила суровый взгляд на Ориона, отчего тот едва заметно поморщился, но спор прекратил, — Если вскроется, что покемон Алекса убил целую стаю диких манки, то у него могут быть проблемы, причем большие.
— Ля-а-а-адна… — угрюмо протянул он, и со всех сторон послышались хрипы.
Один за другим манки задыхались, и теряли сознание. Последними на лапах остались праймейпы, активно пытавшиеся сбросить удавки, но будучи все также скованными, они попросту не могли дотянуться до своих шей.
Одна только убитая горем мать все продолжала свои бессмысленные атаки, не замечая вообще ничего вокруг. Движения ее были все такими же стремительными, а удары мощными, и даже сбившееся дыхание не мешало ей наносить атаку за атакой.
Пропустив последний удар, генгар резко взмахнул лапой, на секунду полыхнувшей черной дымкой. Праймеймп продолжала атаковать, пока не свалилась наземь, захлебнувшись в своей собственной крови, хлеставшей из горла, рассеченного пропитанными тенью когтями. Хмуро оглядев валяющиеся вокруг него тела, он приблизился к своей жертве, чья кровь стремительно впитывалась в высушенную солнцем землю, и ткнул когтистым пальцем куда-то в воздух над мертвой тушкой. Со слышимым звоном по его пальцу заструился белесый туман, быстро впитывающийся в его тело.
— Закончил?
Генгар молча кивнул.
— Тогда пошли. Выпустишь мелких в лагере… Не хочу, чтобы они видели это, — кивнула девушка на испачканный в крови труп.
Еще один молчаливый кивок, и покемон исчезает в тени Мисти.
— Эх… — тяжело вздохнула она, убирая изнывающую от жары звезду обратно в покебол, — Надо куда серьезней заняться вашими тренировками… Сразу как выйдем из этой чертовой пустыни, — сказала она, направившись обратно, к наполненной прохладной водой ванне.
Глава пятьдесят шесть. Охотник и добыча.
