И наконец, повторю, пришлось согласиться на введение в действие тех соглашений о разделе продукции, которые к тому времени были уже подписаны. Подписаны явно незаконно и даже провокационно. Так, одно из соглашений по Сахалину было подписано нашим Правительством летом 1995 года- в период, когда закон о СРП "завис" между Думой и Советом Федерации. Куда так спешили, что не могли дождаться окончательного решения по закону? Понятно куда: это был и метод давления на Совет Федерации ("Бросай багаж - поезд уходит!"), и отражение явного стремления быстрее "сделать дело" - не допустить введения в соглашение механизмов, действительно надежно защищающих интересы нашей страны* .
* Перед самым введением закона в действие - 25 декабря - Правительство успело подписать еще одно соглашение - Харьягинское.
Подробнее о том, насколько дефекты указанных соглашений опасны и уже сегодня ущемляют наши интересы, мы будем говорить ниже - в главе, посвященной результатам проверок Счетной палатой реализации этих соглашений. Сейчас же обращу внимание лишь на цену вопроса и, соответственно, цену компромисса: стоимость запасов нефти и газа в месторождениях, на которые распространяется действие соглашений "Сахалин-1" и "Сахалин-2", оценивается, в зависимости от мировых цен, примерно в пятьдесят - сто миллиардов долларов по каждому соглашению! Отсюда нетрудно сделать вывод о масштабах ущерба, вытекающего из любой, даже самой малой недоработки в текстах соглашений...
Лоббисты исходного варианта закона о СРП неоднократно публично обвиняли Совет Федерации (тот первый, выборный, не пропустивший исходный вариант закона о СРП), Счетную палату и меня лично в том, что из-за нас задерживается освоение месторождений и страна теряет миллиарды долларов. Что ж, думаю, из дальнейшего текста книги читатель сможет сам сделать выводы о качестве и о степени готовности проектов соглашений, на которые срочно стремилось получить согласие Парламента наше Правительство (см. ниже "Скрупулезная работа ответственного Правительства" и "Щедрые подарки нефтяным компаниям").
Обвинение же противоположное - в согласии на введение в действие соглашений "Сахалин-1" и "Сахалин-2" в том виде, как они были уже подписаны Правительством, мне никто никогда не предъявлял. Тем не менее, надо признать, такое обвинение могло бы иметь под собой хоть какое-то основание. В том смысле, что здесь реальные ущербы - налицо (см. ниже главу о результатах проверок на Сахалине). Но это - плата за компромисс. Мы стремились буквально любой ценой (в данном случае так действительно уместно сказать - ценой возможных и весьма вероятных значительных потерь на сахалинских месторождениях) не допустить более крупных потерь - на всех остальных наших месторождениях с суммарной стоимостью запасов во многие триллионы долларов. За этот тяжелый компромисс я, как сопредседатель согласительной комиссии от Совета Федерации, ответственности с себя не снимаю.
"БЫЛИ ЛЮДИ В НАШЕ ВРЕМЯ..."
В этой книге я хотел бы отдать должное и той эпохе, когда во власти еще было значительное количество людей, не желавших стоять по стойке "смирно" перед лицом очевидного предательства наших долгосрочных национальных интересов, и тому первому, избранному напрямую гражданами страны составу Совета Федерации, работавшему в 1994-1995 годах.
Конечно, в ситуации только что совершенного (осенью 1993-го года) государственного переворота, закончившегося расстрелом Парламента, этот Совет Федерации не мог радикально повлиять на режим власти в стране, не всегда был способен противостоять совершавшемуся произволу, но, в то же время, юридической санкции на него категорически не давал, несмотря на самое жесткое давление.
Да, Президент Ельцин имел реальную возможность полтора года незаконно держать некоего гражданина Ильюшенко на несуществующей с правовой точки зрения должности "исполняющего обязанности" Генерального прокурора, но юридически на должность Генерального прокурора, несмотря на длительное и разнообразное выкручивание сенаторам рук, Ильюшенко Советом Федерации назначен так и не был*. И за санкцией на войну в Чечне (за согласием СФ на введение чрезвычайного или военного положения)** Ельцин в 1994-95 гг. в Совет Федерации обратиться так и не решился - понимал, что его ждет в этом случае...
* По Конституции Генеральный прокурор назначается не Президентом, а Советом Федерации (статья 102 пункт 1 подпункт "з"), хотя и по представлению Президента (статья 83 пункт "е"). Никакого "исполняющего обязанности" генерального прокурора ни Конституция, ни федеральные законы, разумеется, не предусматривают- так же, как и право Президента вообще напрямую назначать кого-либо из руководителей прокуратуры.
