** По Конституции Совет Федерации утверждает указы Президента о введении чрезвычайного или военного положения (статья 102 пункт 1 подпункты "б" и "в"). Соответственно, не желая обращаться по этому вопросу в Совет Федерации, Ельцин начал военные действия вообще без введения предусмотренных Конституцией специальных режимов чрезвычайного или военного положения.
И в описанных в предыдущей книге ("О бочках меда и ложках дегтя") ситуациях, когда требовалось жестко противостоять произволу исполнительной власти (с пролонгированием льгот на ввоз спиртного и табака, с законом о Центробанке и др.), и в описанной уже в этой книге истории, определяющей судьбу российских природных ресурсов, и по многим другим вопросам тот первый, выборный Совет Федерации занимал кардинально иную позицию, нежели тогдашняя Государственная Дума.
Почему же тот Совет Федерации (1993-1995 гг.), с моей точки зрения, оказался существенно более компетентным и ответственным, нежели Государственная Дума того же периода (1993-1995 гг.)? Ведь не потому же, что там был "я - хороший" (по принципу "всякий кулик" - свое болото хвалит)?
Конечно, я могу ошибаться в каких-то своих оценках (кто более, а кто менее компетентен и ответственен), но, тем не менее, различия в позициях по принципиальным вопросам были очевидны. А потому, мне кажется, многим может быть интересно понять, из чего эти различия могли проистекать.
В значительной степени, думаю, дело было в разных механизмах избрания и размерах округов.
Членов того Совета Федерации избирали исключительно персонально. Каждый округ был значительным по своим масштабам - целый субъект Федерации. Соответственно, основными кандидатами были люди, хорошо известные в своих регионах. В каждом регионе обычно есть несколько более или менее ярких лидеров, причем часто - с противоположными политическими взглядами, имеющие каждый значительную поддержку. Избрать же от каждого региона надо было не одного, а сразу двоих, причем округа по выборам в Совет Федерации были двухмандатные. Это означает, что каждый гражданин мог не выбирать между двумя наиболее уважаемыми им кандидатами, а голосовать сразу за обоих. Побеждали первые двое, набравшие наибольшее число голосов в свою поддержку. И очень часто это оказывались люди с противоположной политической ориентацией.
Существенно и то, что выборы вообще были назначены для большинства неожиданно - после переворота осенью 1993 года*. А выборы в Совет Федерации были назначены еще позже - уже в ходе кампании по выборам в Думу. Соответственно, времени на дорогостоящие избирательные кампании, изготавливающие "героев" с нуля из послушных закулисным игрокам болванчиков и одновременно по-черному разрушающие репутации реальных лидеров, как это практикуется сейчас, тогда просто не было.
* 3-4 октября 1993 года танки стреляли по зданию Верховного Совета, а уже 12 декабря состоялось голосование по выборам в новый Парламент и референдум по новой Конституции...
Разумеется, и в той системе формирования Совета Федерации были свои дефекты. Причем именно дефекты системы, а не ее плюсы, сохранены и поныне. Так, в Совете Федерации на равных заседают два представителя от десятимиллионной Москвы и два представителя от какого-нибудь национального округа с численностью населения в двадцать-тридцать тысяч человек... Если бы Совет Федерации был палатой, решающей именно вопросы защиты национальных меньшинств, языка и культуры - это было бы еще понятно. Но Совет Федерации, кроме почти полного набора вопросов, рассматриваемых Государственной Думой, решает еще и вопросы войны и мира, введения чрезвычайного положения, формирования всех высших судов и назначения Генерального прокурора... Поэтому здесь представительство на равных десяти миллионов и двадцати-тридцати тысяч - это, конечно, абсурд.
Тем не менее, большинство депутатов того первого Совета Федерации - это были явные на тот момент публичные лидеры регионального уровня, как правило, имевшие за спиной серьезный опыт работы на высоких должностях, причем представлявшие различные политические направления и силы и набравшие значительное количество голосов избирателей.
