«Твои глаза всегда выдают тебя, но ты этого не осознаешь». Его слова поражают меня в тот момент, когда он расплывается в очаровательной улыбке. Такой, которая говорит: «Я тоже хочу поцелуев и ласки».
Гермес прерывает наш зрительный контакт, чтобы повернуться к Персефоне.
– Разве ты не обещала Цирцее сопроводить ее в дворцовые купальни?
– Ой, точно! Я планировала сделать это до праздника весны, но его организация отнимает у меня все время!
Это все, что он может сказать после наших гляделок? Неужели я одна считаю, что ожидания достаточно? Обескураженная, я встаю. Но лишь затем, чтобы отказаться. Пришло время помешать слежке Аида.
– Пойду спать, – говорю я, прощаясь со всеми в гостиной, включая Танатоса.
Игнорирую заинтригованный взгляд Гермеса и иду в комнату. Первый этап: ожидание. Надеваю ночную рубашку и ложусь на кровать. Ожидаю наступления ночи, когда стихнут шаги нимф. Я настроена решительно.
Второй этап: незаметно выйти из комнаты. Начинаю с того, что притворяюсь спящей на кровати и оставляю иллюзию вместо себя. Двойник дремлет под одеялом. Остается только сделать себя невидимой, чтобы пройтись по дворцу и выяснить, где находится спальня Гермеса.
Осторожно толкаю дверь и закрываю ее за собой. Путь кажется очевидным, я инстинктивно знаю, куда нужно идти. Через несколько шагов натыкаюсь на Цербера, спящего посреди коридора. Мне приходится побыть акробатом, чтобы пробраться между лап, не давая почувствовать мое присутствие. И как только мне кажется, что я в безопасности, одна из его голов внезапно поднимается. Я прижимаюсь к стене. Левая голова поворачивается в мою сторону. Она, должно быть, ощущает мое присутствие, но не видит меня. Делаю шаг в сторону, голова не реагирует, ложится на лапу и закрывает глаза.
Клянусь Гекатой, я почти попалась! Не зря Гермес помирился с одной третью адского пса! Ускоряюсь, чувствуя, как сердце бьется с бешеной скоростью. Чувствую, как за мной вьется шлейф из страха. Как только оказываюсь перед дверью, без промедления открываю ее и с облегчением закрываю за собой.
– Цирцея?
Гермес выпрямляется на кровати. Единственным источником света в погруженной в кромешную тьму комнате является огонь. Красно-желтый свет пламени пляшет на матовом торсе бога. На нем только простыня, натянутая на живот.
Я сглатываю. Никогда никого не желала так, как желаю
– Что ты здесь делаешь?
Я подхожу и опускаюсь на кровать рядом с ним.
– Просто прогуливалась, чтобы занять мысли, – отвечаю я лукаво.
– Мхм. Какая идея занимала тебя?
У меня в голове
– Ты извращенец, – говорю я дрожащим голосом.
Моя нервозность достигла пика!
– Я здесь, потому что у меня есть вопрос к психопомпу.
Он не повелся, это видно по выражению его лица, которое одновременно и соблазнительно, и настороженно.
– Я тебя слушаю.
Его голос как мед! Прочищаю горло, делая глубокий вдох.
– Я хотела узнать предел наших контактов. Например, если я сделаю это…
Кладу дрожащую руку на его запястье. Его кожа такая горячая!
– В этом нет ничего вызывающего, значит, мы можем вот так прикасаться друг к другу, верно?
– Это зависит от твоих намерений.
Он придвигается ближе.
– То, что я делаю…
Гермес проводит ладонью по моей щеке, его большой палец касается моих губ. Напоминание о нашем первом поцелуе в мансарде сжимает мое сердце.
– Опасно, – заканчивает он, однако, не отступая.
– Опасность несут касания?
– Желание, которое заложено в этом жесте, – поправляет он.
Его глаза наполняются золотом, как только он произносит эти слова. Он прижимается губами к моей шее, вызывая сильную дрожь, и запечатлевает поцелуй на коже.
– То, что я делаю, недозволительно.
Его другая рука опускается мне на ягодицы и сжимает их. Я издаю стон.
– Подлежит осуждению без суда и следствия. А тот факт, что на тебе нет трусиков, напрямую ведет к наказанию.
Я повисаю на его шее, уступая желанию.
– Пожалуйста, заткнись! – говорю я, прежде чем поцеловать его.
Он притягивает меня к себе резким движением, которое еще больше усиливает напряжение. Я хочу утянуть его с собой на кровать, но оказываюсь там одна, внезапно сбитая с ног и закутанная в простыню. В этот момент открывается дверь его спальни. Появляется нимфа из какого-то драгоценного камня, и я прижимаюсь к ноге Гермеса.
– Я принесла чай, – объявляет она, ставя поднос на кровать.
– Благодарю, – вежливо отвечает Гермес.
Заметит ли она, что он запыхался? Я только это и замечаю.
– Что с твоими глазами? – спрашивает нимфа.
– Ничего, просто устал, – отвечает бог спокойным тоном.
– Ох. Хорошо.
