Похищение Цирцеи полностью

Не знаю, как у него это получается, но, проходя мимо, он шлепает меня по заднице, что мне совсем не помогает! Я краснею. Нахал! Трачу несколько секунд, чтобы унять сердцебиение, и присоединяюсь к богам.

– Прекрасной ночи, Цирцея, – приветствует Персефона, наливая чай.

Сидя во главе стола, она сияет в наряде цвета фуксии.

– Прекрасной ночи, Персефона, – отвечаю я.

Аид, устроившийся рядом с ней, бросает на меня косой взгляд, занятый чтением документов из папки, перед ним дымится чашка кофе. Он продолжает что-то вполголоса говорить жене.

Гермес занял место напротив него. Я думала, что он откажется от приема пищи, но перед ним стоит глубокая тарелка, наполненная золотистой кашей: амброзия, пища богов. Это единственное, что он может спокойно здесь есть.

Сажусь рядом с ним и чувствую, как голод возвращается. Я никогда раньше не была в этой комнате и только сейчас обращаю внимание на внушительный рог изобилия, стоящий у стены на серванте, из которого сыплются фрукты и овощи, стоит только дотянуться до одного. Две нимфы наполняют ими целые корзины, которые раздают обитателям Подземного мира. Я уже видела, как божества покидают дворец со своей долей.

– Эй! Церби!

Гермес смотрит вниз, Цербер встает между нами, все три головы подняты, раздается недоброе рычание.

– Ты выглядишь рассерженным, – констатирует Гермес.

– Может быть, потому что ты не навещал его сто лет и не уделил ему достаточного внимания на свадьбе Эллы и Деймоса, – объясняет Аид, закрывая папку.

– Немного бекона, и он передумает, – заверяет Гермес, хватая ломтик жареного мяса, чтобы помахать им перед мордами. – Да ладно, левая всегда питала ко мне слабость!

Все три головы остаются неподвижными в течение нескольких секунд, прежде чем та, что слева, действительно сдается, хватает бекон и откусывает от него кусочек. Двое других выпрямляются, возмущенные, когда предательница ложится на колено Гермеса.

– Ты же любишь меня, Церби.

Рычание усиливается.

– На тридцать три процента, – быстро добавляет Гермес.

– Он стал очень близок с Танатосом, – объясняет Персефона, смазывая покрытую маслом булочку вареньем, прежде чем положить ее в рот мужу.

Затем она наклоняется к Аиду и следит за ним.

– Вкусно, правда?

Царь не торопится жевать, но, несмотря ни на что, не скрывает, что находится под чарами. Варенья, но в основном жены.

– Вкусно.

– Мамин рецепт, – уточняет Персефона.

Аид замирает, и его улыбка исчезает. Богиня смахивает несколько крошек с уголка рта супруга, потирая его плечо. Она поворачивается ко мне с улыбкой.

– Готовлю его к встрече с мамой.

– Судя по последним новостям, Деметра с нетерпением ждет встречи с тобой, Аид, – весело подтверждает Гермес. – Как и всегда.

Он подкрепляет фразу мстительным тоном.

– Почему она не отправится на шесть месяцев в круиз? – бормочет Аид, отводя взгляд от племянника.

– Любимый, ты слышишь, что говоришь? – упрекает Персефона, похлопывая его по руке. – Ты можешь представить мою мать на корабле?

Прикусываю язык, чтобы не рассмеяться. Деметра, богиня плодородия земли и урожая, действительно последняя из богинь, которая хотела бы отправиться в плавание!

– Да, – подтверждает Аид. – Люди строят огромные океанские лайнеры, которые плавают по Средиземному морю и очень медленно тонут.

– Не говори того, о чем пожалеешь, – предупреждает Персефона.

Аид наклоняется, притягивает пальцы жены к губам для быстрого, но невероятного поцелуя. Персефона хихикает, а я таю. Есть ли пара более очаровательная, чем они? Кроме Эллы и Деймоса. Бросаю взгляд на Гермеса и замечаю его улыбку, тронутую сценой. У него красивая и нежная улыбка, которая сжимает мое сердце. Неужели он хочет подобного?

– Итак, какие у вас на сегодня планы? – спрашивает царица, глядя на нас с Гермесом.

Не смею надеяться на близость с Гермесом, поэтому говорю, что бы сделала, если бы его здесь не было, просто, чтобы прощупать почву.

– Верну платье Немезиде и посещу квартал ткачей после обеда.

– Я пойду с тобой, – немедленно предлагает Гермес.

О да, время наедине с ним!

– Вы отправитесь сейчас же, – распоряжается Аид. – Танатос не заставит себя долго ждать.

Наступает короткое молчание.

– Почему Танатос? – спорит Гермес. – Я очень хорошо знаю город.

– Чтобы сопровождать вас, – без обиняков заявляет Аид.

– Я возмущен твоим недоверием, – напыщенно протестует бог-посланник. – Я когда-нибудь подводил тебя, дядя?

Я поражена его смелостью, но лицо царя выражает критику и нетерпение.

– Как думаешь, почему Цербер сейчас между вами двумя?

– Потому что он скучал по мне, – говорит Гермес с заметным сарказмом. – По крайней мере, я на это надеюсь.

Левая голова смущенно опускается, в то время как две других продолжают разочарованно смотреть на него. Аид встает, чтобы приступить к работе, не забыв при этом добавить лукавым тоном:

– Он будет рядом днем и ночью.