Сердце Кристины бешено колотилось. Собрав последние силы, она вскочила и бросилась вперед, но не успела отбежать и на десять футов, как похититель схватил ее сзади и, развернув к себе, зверски ударил по лицу, отбросив на землю. Потом, подняв ее за перед бурнуса, ударил еще дважды, прежде чем уронить, словно ком грязи. Кристина, истерически зарыдав, съежилась в комочек, боясь новых побоев.
До нее смутно, как сквозь сон, доносилась рассерженная перебранка, но в охватившем ее полубеспамятстве Кристина не сознавала даже, где она и почему плачет. Боль и ужас вернулись, когда она подняла голову и увидела лежавшее на песке безжизненное тело Ахмада.
О Боже, почему они убили его? - горестно подумала она. В нескольких ярдах от нее трое мужчин по-прежнему неподвижно сидели на конях; один что-то резко говорил избившему ее.
Омер Абдалла спешился, подошел к обессиленной женщине и, перевернув ее, ощутил жалость при виде покрытого синяками распухшего лица. Ему говорили, что пленница необычайно красива, но теперь под грязью и засохшей кровью ничего нельзя было рассмотреть, кроме чистых дорожек, промытых слезами.
Этот ублюдок Касим! Все случилось так быстро, что Омер не успел его остановить! Нужно спешить, иначе он бы прямо сейчас наказал это грязное животное! Касим всегда был жестокой тварью. Его жена уже дважды едва не умерла от его побоев и издевательств!
Вряд ли шейху Али Хейязу придется по душе известие о том, что женщина так изуродована. Кристина Уэйкфилд была крайне необходима шейху по нескольким причинам, и он отдал строгий приказ, чтобы никто не смел ее и пальцем коснуться.
Касиму придется плохо, как только они окажутся в лагере, и он прекрасно знал об этом. Но сейчас нельзя терять времени. В их планы не входило столкновение на земле Абу, и Омер вовсе не желал стычки с верзилой Касимом, означавшей верную гибель.
Прошло несколько минут с того момента, как молодой человек перевернул Кристину и та заметила неожиданную жалость в карих глазах. Что же теперь будет? Возможно, они больше не тронут ее, по крайней мере сейчас.
Кристина, инстинктивно сжавшись, попыталась отодвинуться от незнакомца, когда тот наклонился, чтобы поднять ее, но он понес девушку к лошадям, усадил на своего небольшого арабского жеребца и сам сел позади. Остальные трое, подождав, пока все будет готово, присоединились к ним, и лошади тут же понеслись галопом.
Проезжая мимо тела Ахмада, Кристина закрыла глаза. Бедняга! Всего лишь ненамного старше ее, и теперь его жизнь кончена. Похитители оставили Рейвна и лошадь Ахмада. Если это воры, почему они не прихватили и коней?
Кто же они тогда? Вряд ли они подозревали, что она женщина, особенно в этом костюме, но почему в таком случае они не пристрелили и ее? И вряд ли эти люди явились, чтобы спасти Кристину, ведь ни один человек не знал, что она здесь. Кроме того, если бы они собирались отвести ее к брату, вряд ли они избили бы ее так зверски. А что, если…, что, если эти люди из соседнего племени, о котором предупреждал Филип? И теперь они продадут Кристину в рабство, после того как вдоволь попользуются ею? Филип ни за что не сможет отыскать ее!
"Филип, где ты? Ты должен найти меня!” Но о чем она думает? Разве она сама не хотела скрыться от него?
Но по крайней мере прикосновение нового хозяина не заставит Кристину мгновенно ослабеть от желания! Ни один мужчина на свете, кроме Филипа, не способен возбудить в ней такую страсть. "
И Кристина, неожиданно осознав то, о чем только сейчас подумала, задрожала, как сухой лист на ветру, “Я люблю его! Любила все это время и даже не сознавала этого! Кристина, ты дура, глупая маленькая идиотка! Все эти месяцы ты сопротивлялась, словно дикая кошка, и молилась о том, чтобы надоесть ему и скорее оказаться дома, в то время как на самом деле любила его. Ты можешь никогда больше его не увидеть, и он по-прежнему уверен, что ты его ненавидишь.
Но что, если он не придет ко мне на помощь? Обрадуется, что избавился от меня без лишних хлопот? И могу ли я винить его за это после того, как так вела себя с ним? О нет, он придет за мной, спасет, и тогда я признаюсь, как сильно люблю его. Хоть бы он нашел меня поскорее, пока еще не слишком поздно!
Когда Ясир умер и мне так хотелось утешить Филипа, я должна была уже тогда догадаться, что люблю его. Понадобился весь этот кошмар, чтобы заставить меня увидеть правду, а теперь, Может быть, уже поздно! О Боже, дай мне возможность еще раз увидеть его!"
На землю быстро спускались сумерки, но всадники продолжали погонять коней, словно сам дьявол гнался за ними. И опять Кристина не могла понять смысла этой бешеной скачки. Если эти люди принадлежат к соседнему племени, они бы повернули к горам и давно уже добрались бы до своего лагеря.
Должно быть, она ошибается. Они все время ехали вдоль подножия гор, но когда поднявшаяся луна осветила путь, направились в пустыню. Куда они ее везут? И что с ней будет, когда они доберутся до места?
