Беллина, обернувшись, наткнулась на знакомый обвиняющий взгляд свекрови Лизы, тотчас опустила голову и продолжила сметать белые хлопья пепла в совок. Она заблаговременно повязала рот и нос стареньким платком, перед тем как отправилась вычищать после пожара гостиную. Беллина считала чудом, что огонь удалось потушить довольно быстро и никто из домочадцев не пострадал. Портрет Лизы тоже уцелел. Теперь слуги уже несколько дней протирали мебель мокрыми тряпками и намывали полы, потому что зола и пепел, еще витавшие в воздухе, тонкой пленкой оседали на всех поверхностях.
– Почему вы так думаете, матушка? – спросила Лиза. – Наверное, где-то случайно упала свечка, вот и загорелось все.
– Мы докопаемся до истины, – пообещал матери Франческо. – Можешь не тревожиться.
Она, однако, униматься не собиралась:
– Нет уж, позволь, не могу я не тревожиться! А что, если свечка опять «случайно упадет» с чьей-нибудь помощью, пока мы спим? Что, если нас всех попросту перережут во сне? Теперь-то уж точно этого нельзя исключать, после того как они показали, что готовы спалить нас всех дотла!
– Матушка, успокойтесь. Никто не думал нас поджигать, – заверил Франческо, но Беллина уловила в его голосе неуверенность. – А если допустить, что кто-то совершил поджог намеренно, больше это не повторится, уж я позабочусь. Алессандро расспрашивает прислугу, всех подряд – посудомоек, садовника, даже посыльных.
Беллина все это время старалась оставаться невидимкой, но когда речь зашла о прислуге, внимание хозяев обратилось на нее. Ей показалось, что мать Франческо уже открыла рот, чтобы разразиться беспочвенными обвинениями в ее адрес.
Но так или иначе, заговорить она не успела, потому что Лиза шагнула вперед:
– Беллина, мне нужна твоя помощь в спальне.
– Конечно, polpetta, – обрадовалась Беллина, и они вдвоем поспешили по залитой солнечным светом галерее к покоям Лизы и Франческо.
Там Лиза опустилась на край заправленной кровати.
– Слава богу, огонь сюда не добрался, – сказала Беллина, сразу направившись к окну и прикрыв деревянные ставни – солнце припекало немилосердно.
Лиза вздохнула:
– Мне тяжко это признавать, но, по-моему, матушка отчасти права. Кто-то желает нам зла.
– Ты думаешь, кто-то нарочно поджог дом? – Беллина села рядом с ней.
Лиза кивнула и понизила голос:
– Пожары были уже в нескольких богатых домах. И все эти дома принадлежат тем, кто хранит верность прежней власти. Возможно, за нами наблюдают.
– Я слышала о заговоре против гонфалоньера Содерини, – прошептала Беллина, – мятежники, дескать, хотят его убить. Но… женщины у колодца для стирки о чем только не болтают языками. А Франческо… ты думаешь, он причастен к заговору? – Она задала этот вопрос и увидела в глазах Лизы страх. – Неужто причастен?..
– Знаешь, он мне мало что рассказывает, – шепнула Лиза. – А другие слуги что говорят?
– Ничего, – пожала плечами Беллина. – В любом случае, это всего лишь слухи, не более того. И пожар возник от случайно упавшей свечки, как ты и сказала. – Она старалась говорить спокойно, но сердце у нее бешено колотилось.
Внезапно в комнату ворвалась свекровь Лизы, свирепо шурша юбками.
– Вот ты где! – рявкнула она в лицо Беллине.
– Что-то случилось, матушка? – осведомилась Лиза.
– А я говорила тебе! В этом доме никому нельзя доверять! – Старуха выставила вперед ладонь, на которой лежала золотистая шелковая кисточка с серебряными бусинами, подаренная Беллине мастером Бардо.
– Где вы ее нашли? – удивилась Беллина.
– Это, – мать Франческо помахала кисточкой перед носом Лизы, – выпало из кармана твоей служанки, когда она подметала в гостиной.
– Что за глупости! – воскликнула Лиза. – Беллину такие вещи вовсе не интересуют.
– Это… это подарок! – Беллина вскочила и попыталась выхватить у старухи свое украшение, но та сжала кулак и скрестила руки на груди.
– Да неужели? – фыркнула она. – И кто же тебя так щедро одарил?
– Бардо… старший мастер на службе у синьора Франческо. Он сказал, я хорошо справилась с вышивкой, и решил поощрить.
– Сомневаюсь я, что ты настолько хорошая вышивальщица, чтобы получать в награду такие дорогие вещи, – нахмурилась старуха. – Ты украла это в мастерской моего сына.
– Я ничего не крала! – Беллина в отчаянии повернулась к Лизе.
– Матушка, – сказала та, – если Беллина говорит, что это подарок, у меня нет оснований ей не верить.
– Как глупо с твоей стороны, – процедила сквозь зубы свекровь, воззрившись на Лизу сверху вниз. – Твоя служанка многое от тебя скрывает. И ты еще пожалеешь, что сейчас приняла ее сторону. Попомни мои слова. – Она бросила кисточку на кровать рядом с невесткой и выскочила из комнаты, а Лиза проводила ее задумчивым взглядом.
Беллина в полном смятении снова опустилась на краешек постели и повернулась к хозяйке:
– Бардо и правда подарил мне это украшение. Он сказал, я в первый же день справилась с вышивкой лучше, чем женщины, которые работают в мастерской по несколько лет.
Лиза рассеянно взяла кисточку и повертела ее в руках.
– Очень милая вещица, – вздохнула она и вложила кисточку в ладонь Беллины.
