Неосторожные слова с горечью осели в мыслях и тревожили сердце Агнессы. Внутренне она возражала им, защищалась и оправдывалась, а после клялась вычеркнуть их из памяти, но они преследовали ее уязвленный разум. Из-за этих слов она не отказалась от встречи: она хотела доказать самой себе, что она может быть приветливой, может быть общительной, и, в конце концов, интересной. Она искала подходящего объяснения всем недобрым чувствам, охватившим ее, но отгоняла прочь честные и искренние ответы. И только стоя у входа в парк, когда до встречи остались считанные минуты, Агнесса поняла, чего хотела на самом деле – внимания, толики внимания, от кого угодно, словно оно могло поднять ее раненую самооценку.
Чувство вины захлестнуло девушку. Она знала, Виктор не тот человек, кто мог бы ей понравиться, и ей оставалось только надеяться, что она тоже не понравится ему.
И вот появился он: неловкая торопливая походка, смущенное, раскрасневшееся лицо и букет цветов в руках. Умела ли Агнесса скрывать эмоции? Весьма скверно, но ее кавалер не отличался наблюдательностью и потому от него ускользнуло, как, сгорая от стыда, Агнесса приняла букет.
– Ты прекрасно выглядишь! – Довольный удачным, своевременным комплиментом, Виктор улыбнулся.
– Спасибо, – девушка опустила глаза.
Простые джинсы и футболка, она даже не старалась выглядеть хорошо. Она пошла на свидание, зная, что не даст человеку и шанса, хотя само свидание уже предполагало шанс. Агнесса чувствовала себя глупо с букетом в руках и беспрестанно думала, насколько неправильно поступила.
Твердо решив не портить вечер, она сосредоточилась на беседе, то вдруг затухающей, то нескладно возобновляющейся. Виктор нескромно заключил, что все складывается чудесно: каждому взгляду и слову девушки он придавал особое значение. Он и не догадывался, что пристальное внимание, уделяемое его речи, было всего лишь попыткой заглушить голос совести. Ни его приятный хриплый голос, ни симпатичное, но, в сущности, самое обыкновенное лицо, не привлекали ее.
Порой Агнесса мечтала о любви: она представляла, как встретит человека и как бесповоротно, безоговорочно полюбит его. Теперь воздушные, сладкие мечты с укором напомнили о своем существовании. Препарируя каждое из его достоинств с невольной, безжалостной жестокостью, она признавалась себе: он не соответствовал ее мечте. Нет, она не хотела намеренно причинить ему боль и обидеть. В конце концов, она была виновата лишь в том, что ей были не подвластны чувства собственного сердца.
Виктор не нравился Агнессе. Ей не нравились истории, которые он рассказывал. Непосредственность и острый ум пронизывали его размышления и увлечения, но не вызывали интереса. Виктор говорил почти без остановки, готовый поделиться и сокровенными мыслями, и воспоминаниями. Он не видел, что слова его льются навстречу совершенному безучастью. Он растворился, погряз в горделивом монологе, и воспринимал безмолвие собеседницы как проявление особого рода участия к его удивительной жизни. Он слишком отчаянно старался понравиться ей.
Заметившая, как пальцы Виктора тянутся к ее ладони, Агнесса прижала букет обеими руками в груди. Она нервно теребила яркие ленты, размышляя о том, насколько долго должна длиться встреча и когда позволительно намекнуть, что пора расходиться.
– Ты не хочешь выпить чего-нибудь? – поинтересовался вдруг Виктор.
– Прости. Думаю, мне пора домой: уже поздновато – а я обещала бабушке не задерживаться.
– О да, мы слегка заболтались, – подтвердил он. – Где ты живешь?
– Довольно запутано объяснять. В той стороне, – и Агнесса указала в противоположную сторону от своего дома. Ложь сорвалась невольно, и она с ужасом поняла, что не разрешает, а усугубляет ситуацию. Ничего бы не произошло, если бы она была честной с самой собой и Виктором. Но раз за разом она выбирала вместо честности ложь, не осознавая, насколько трудно и болезненно придется объясняться в скором будущем.
– Я провожу.
– Нет, не стоит, – шепнула она, взволнованно отмахиваясь. – Все в порядке.
– Мне тоже в ту сторону, не переживай.
Она ответила ему улыбкой, и досады в этой улыбке было больше, чем благодарности. Они минули два квартала, когда, указывая на впервые увиденный узкий переулок, девушка решительно произнесла:
– Мне туда.
– Я провожу до дома.
– Спасибо, не надо. – Выдумывая причину на ходу, Агнесса сообщила: – Я еще зайду в магазин, а выбираю я всё мучительно долго. Очень-очень долго.
Неуверенно Виктор посмотрел на нее и на переулок: в его взгляде проскользнула решимость, совсем не обрадовавшая девушку.
– Спасибо за вечер, Виктор.
Он чуть приподнял руки в ожидании прощальных объятий. О, повернуть бы время вспять. Не соглашаться на встречу, не принимать букет, быть громкой и раздражающей, а не молчаливой и кроткой. Агнесса не могла вынести вида этих рук, ждущих объятий.
Но без тени сомнения, Агнесса сделала шаг назад.
