Та была черноволосой с яркой внешностью цыганки. Возраст определить сложно. Наверное, ее можно назвать молодой, если бы не пронзительные черные, как угли глаза, вокруг которых сеточкой разбегались мимические морщинки. Она смотрела, кажется, прямо в душу. Буквально видела насквозь. Я поежилась, но взгляд не отвела.
Женщина улыбнулась шире и произнесла:
– Привет, Марго. Меня зовут Магда...
Я хотела поздороваться в ответ, но в горле пересохло, и язык отказывался повиноваться, поэтому ограничилась кивком.
– Ты очень интересная девушка, Марго. Судьба у тебя такая… извилистая. Давно подобных не встречала. Что же. Посмотрим, куда ведет тебе твое переназначение.
Женщина обернулась назад и взяла с полки резную шкатулку из красного дерева. Аккуратно открыла крышку и принялась выкладывать из нее мелкие веточки и цветочки. Потерла их в пальцах, прошептала какие-то слова над осыпающимися на стол крошками. Следом достала камешки и косточки. Перебирала и мусолила их пальцами, потом размашисто сыпанула на стол и внимательно в них всмотрелась. Через несколько секунд бросила на меня удивленный взгляд, но ничего не сказала.
Затем наклонилась и достала из-под стола внушительных размеров стеклянный шар на подставке. Установила перед собой. Закрыла глаза, вытянула вперед руки и положила обе ладони на прозрачную поверхность. Губы ее беззвучно шевелились.
Шар из прозрачного стал мутным, а потом зажегся слабым золотистым светом. Постепенно муть в шаре растаяла, а свет из золотистого превратился в зловеще-багровый, разгораясь все ярче. Я почти физически ощутила напряжение пространства вокруг. Через какое-то время послышался легкий звон струн.
Внезапно Магда запрокинула голову, лицо ее сделалось мертвенно-бледным. Тело затрясло крупной дрожью.
У меня пронзительно и высоко зазвенело в ушах. Чувствовала, что вот-вот упаду в обморок. Пространство вокруг шара колыхалось, казалось, от него расходились круги, как от брошенного в воду камня.
Неожиданно Магда громко низким голосом принялась читать… стихи.
Ужас холодной волной поднялся по моему телу и сжал сердце ледяной ладонью. Каждое ее слово будто вбивали мне в голову кувалдой, вырезали ножом на сердце, накрепко впечатывали в память:
Кровь его холодна. Холод ее лютей
реки, промерзшей до дна.
Он любит тебя,
но не любит людей.
Вещь! Красен ее цвет.
Суть ее – артефакт.
Сумерки. Больше нет
ничего. Гранат.
Смерть придет и найдет
мертвого рядом с тобой.
Лучшее заберет.
Накроет его фатой…
Магда открыла глаза и, посмотрев мне в лицо пустым стеклянным взором, произнесла чужим мужским голосом:
…Смерть придет, у нее
будут его глаза...
Я завизжала от ужаса, вскочила из-за стола и, опрокинув стул, бросилась бежать.
Марго опустила лицо в ладони и всхлипнула. Нина смотрела на нее широко-раскрытыми от удивления глазами. Когда она планировала поговорить с девчонками по душам, то явно ожидала результата попроще.
Кэт присела к Марго и обняла за плечи. Нина взяла ее бокал, наполнила вином и протянула девушке.
– На выпей. Успокойся.
Марго подняла голову посмотрела на Нину с благодарностью и взяла у нее из рук вино. Молча сделала большой глоток и уставилась в бокал, будто стараясь разглядеть что-то в тягучей красной, как кровь жидкости. Нина поежилась от пришедшего ей в голову сравнения.
– А что было дальше? – спросила осторожно, видя, что Марго не собирается плакать.
– Что потом? – глаза Марго опять затуманились, мыслями она вернулась в прошлое. – Ничего... Я убежала, даже куртку не забрала. На улице пришла в себя. Отдышалась, успокоилась. На пуховик махнула рукой и пошла домой. Тася объявилась на следующий день. Несколько раз позвонила, я видела её номер и не отвечала на звонок. Потом она пришла к нам домой. Вернула мне верхнюю одежду, пыталась поговорить. Убеждала, что надо еще раз сходить к Магде. Что цыганка не успела толком разглядеть мое будущее. Может не всё так страшно. Если порча – можно снять. Если проклятье – развеять...
Марго поднялась с дивана и принялась задумчиво ходить туда-сюда перед камином.
– Но я и слушать ничего не хотела. Мы поругались. Выставила её за дверь. Потом несколько раз замечала Тасю во дворе через окно. Видимо меня караулила. Я не стала дожидаться новой встречи: случайной или не случайной. Взяла билеты на рейс и вечером улетела в Москву к Кате. Потом уже вместе с ней – сюда.
– Почему ты мне ничего не рассказала? – глаза кузины стали круглыми от удивления.
– Хотела забыть, выдавить из памяти. Развеять, как это чёртово проклятье – Марго невесело усмехнулась, – только пока не получается.
– А Максу ты говорила?
– Нет! – Марго испуганно подняла глаза на Нину, потом встревожено посмотрела на Кэт. – И вы не говорите! Я не хочу! Сочтёт меня дурой, будет смеяться, а я по-настоящему боюсь…
– Чего боишься? Смерти?
– Не своей. Его...
Тут на парадной лестнице послышалось шаги. Протяжно заскрипели ступеньки. Послышался приглушенный кашель. Похоже Иржи.
И действительно через минуту в комнату вошёл дворецкий.