Но Лерой даже не взглянул на Ника. Он смотрел назад – туда, откуда доносились крики людей. Взгляд его был полон ужаса.
– Лерой!!! – закричал Ник, барахтаясь в вязкой жиже. – Помоги!!!
Лерой взглянул на Ника, и на секунду страх исчез с его лица. В его глазах мелькнула злоба, губы скривились в мерзкой ухмылке. Вскочив на ноги, он полез на уступ. Там, наверху, дожидаясь их, стояла Секеу. Вскарабкавшись наверх, Лерой чуть не сбил ее с ног. Секеу перевела взгляд на Ника.
Крики людей приближались.
– Эй! Помоги! – закричал Ник, замахав рукой.
Но взгляд Секеу говорил яснее всяких слов: помогать ему она не собиралась. Она отвернулась, чтобы уйти, но тут же остановилась. Выражение ее лица изменилось. Казалось, она злится, но не на Ника – скорее, на саму себя. Спрыгнув вниз, она выхватила меч, подбежала к Нику, потянула его на себя и принялась рубить траву, опутавшую его ноги. Между двумя ударами она сказала что-то – похоже: «Лучше бы тебе справиться, Ник». Но мысли Ника смешались настолько, что он даже не пытался уловить смысл этих слов.
Высвободив ноги, Ник выбрался из болота, обернулся, чтобы помочь Секеу, и увидел копье, летящее прямо в них. Прежде чем он успел хотя бы раскрыть рот, копье вонзилось в бедро Секеу, и та упала. Вскрикнув, Секеу схватилась за ногу. Копье пробило ее бедро насквозь – Ник смог разглядеть разорванные мышцы, красные, как ломоть сырой говядины. Кровь тут же заполнила рану и потекла на землю.
Из-за деревьев, размахивая абордажными саблями и топорами, злобно скалясь, утробно рыча, выбежали шестеро солдат.
Вскрикнув от боли и ярости, Секеу выдернула копье из раны и с невероятной силой метнула его во врага. Бросок оказался точным: свистнув над болотом, копье вонзилось прямо в грудь бежавшего первым. Тот застонал и рухнул в трясину.
Ник схватил Секеу за руку и помог ей встать на колено. Секеу поднялась на ноги, но тут же упала, увлекая за собой Ника.
– Уходи!!! – крикнула Секеу, оттолкнув его.
Ник кое-как поднялся на ноги и с ужасом понял, что ее не спасти. После того, как она пришла ему на помощь, ее придется – придется бросить! «Беги!!! – кричал внутренний голос. – Беги!!!» Но Ник не побежал. Он просто не мог так поступить.
Трое Пожирателей плоти двинулись к ним. Ник неловко зашарил по бедру, нащупывая рукоять меча, выхватил оружие, выставил клинок перед собой – и едва не выронил его. Казалось, меч налился свинцом. Руки дрожали. От ужаса разом забылось все, чему он успел научиться.
Человек, шедший первым, понял это. Его красные глаза полыхнули хищным огнем. Занося топор для удара, он шагнул к Нику.
– О, господи! – вскрикнул Ник. – О, боже!
Выскочивший из-за его спины Абрахам нырнул под замах и вонзил меч в грудь Пожирателя плоти. Тот выпучил глаза; обух топора, выскользнувшего из ослабевших пальцев, угодил прямо Нику по ребрам. Схватившись за грудь, Ник согнулся от боли и осел на землю. Абрахам прыгнул в сторону, но раненый солдат успел схватить его за плечо, и оба с громким плеском упали в болото.
Воздух содрогнулся от боевого клича. Красная Кость, прыгнув с уступа, с лету ударил обеими ногами ближайшего из двух оставшихся Пожирателей плоти. Тот рухнул на своего товарища и сбил его с ног. Красная Кость одним прыжком вскочил на ноги, и его меч рассек лицо еще не успевшего подняться врага поперек. Второй оказался проворнее: взмахнув абордажной саблей, он чуть не выбил из рук Красной Кости меч. Красная Кость развернулся на месте и сделал выпад, оттесняя противника назад. Тот отступил, и тут Секеу, так и не сумевшая подняться, дотянулась мечом до его ног, рассекая подколенные сухожилия. Пожиратель плоти упал на спину и соскользнул в болото, тщетно пытаясь нащупать опору в жидкой грязи.
Красная Кость кинулся вперед, преграждая путь двум остальным противникам.
Ник отнял руки от груди. Ладони были мокры от крови. «Умираю», – подумал он, но тут же услышал натужное, сдавленное сипение и увидел Абрахама, борющегося с Пожирателем плоти в болоте. Огромный человек навалился на мальчишку, сдавливая его шею. Ногти Абрахама впились в толстую кожу предплечий врага. Он изо всех сил старался удержать голову над водой, но Пожиратель плоти был сильнее. За миг до того, как голова чернокожего мальчишки ушла под воду, Ник увидел ужас в его глазах и тут же забыл о смерти. Он должен был остановить врага – должен, несмотря ни на что!
Ник прыгнул к огромному Пожирателю плоти и изо всех сил ударил его мечом. Клинок глубоко вошел в плечо солдата и застрял в ключице. Солдат застонал, но, к ужасу Ника, так и не выпустил Абрахама. Ник рванул меч на себя, но лезвие накрепко увязло в жилистых мускулах. Из раны хлынула черная кровь. Расширенные от ужаса глаза Абрахама белели в темной воде, из его рта тянулась струйка пузырей.
«Нет!» – подумал Ник, почувствовав внезапную жгучую боль в желудке. Яд подступил к горлу, будто едкая желчь, вспыхнул в голове, застучал, загрохотал в висках. Из горла вырвался злобный звериный рык.
