— Мандиса, мать твою! — кричу я, и мой голос звучит неестественно, я едва узнаю его. Яркие вспышки неоновых лучей бьют по глазам, ослепляя на мгновение. Пространство искажается, словно в кривом зеркале. Чертова мара. Или Маам со своими играми. Я останaвливаюсь, закрывая ладонями уши, когда резкий низкий звук на время парализует меня, причиняя боль. Шумовая атака сменяется скрежещущими звуками и хриплым рокочущим хохотом, тысячами голосов и стонов, принадлежащим моим жертвам. Это похоже на то, что я испытывал в Нейтральных землях, но здесь нет Оракула, который повсюду расставлял свои миражи и ловушки. Оглядываясь, я смотрю в лица снова пришедшей в неистовство толпы, и хватаю светловолосую девушку, которая стоит ко мне спиной. На ней точно такое же платье, как на Мандисе. Рывком разворачиваю ее к себе, аметистовые глаза встречаются с моими, я с облегчением выдыхаю ее имя. Иса обвивает мои плечи руками и, приподнимаясь на цыпочки, целует меня в губы.
— Мoй Повелитель, какая честь видеть тебя здесь, — раздается ласковый с мурлыкающими нотками голос в моем сознании. Я резко отталкиваю девушку, вглядываясь в безупречные черты лица. Это не Мандиса. Незнакомый вкус на моих губах только подтверждает мое пpедположение.
— Маам! — рычу я, хватая самозванку за плечи. И она смеется, откинув голову назад. И тоже то же самое делают все представительницы женского пола, собравшиеся в зале клуба, пропитанном опьяняющими парами мары. Я словно оказываюсь в зеркальном лабиринте. Сотни точных копий Мандисы.
— Найди меня, Правитель, — одновременно шепчет каждая, глядя на меня, заставляя содрогнуться от тревожного предчувствия. Их шёпот взрывается болью в моей голове. Это какое-то безумие. Я опускаю взгляд на ту, что продолжаю удерживать в своих руках, и теперь на меня смотрит безобразная старуха с дикой ухмылкой наблюдающая за моей растерянностью. Отшвыриваю ее прочь, оглядываясь по сторонам. Многочисленные двойники Исы смеются и тянут ко мне руки, пoка я отчаянно мечусь по залу, пытаясь найти настоящую.
И внезапно, в одно мгновение, наваждение рассеивается, возвращая мне ясность мысли и четкость визуальных образов. Я снова вижу обычных креонцев, поглощённых зрелищем, происходящим на арене, которым нет до меня никакого дела. Они топают ногами, крича и требуя…
Я не могу разобрать, что именно повторяет раззадоренная толпа. И, оглядываясь на вращающуюся арену, я цепенею от потрясения. В центре сцены в своем откровенном сексуальном платье, словно ангел возмездия, стоит Мандиса, сжимая тяжелую рукоять хлыста в руке. Выражение ее лица и неестественный кровожадный блеск в глазах подтверждают худшие мои опасения. Это действительно моя девочка... И она одержима. Мандиса медленно и бесшумно приближается со спины к продолжающему свое пиршествo ненасытному Сину под ободряющие крики толпы.
— Добей! Дoбей! — теперь до меня доходит смысл скандирующих призывов. Я моментально оказываюсь прямо перед ареной, а в следующее мгновение уже перемахнув через ограждение, приземляюсь позади Мандисы. Она неумолимо надвигается на Сина, поедающего сердце своего врага. В момент принятия пищи, эти твари невероятно сильны и почти непобедимы. Яд сделает свое дело и убьет Сина, но это случится немного позже. Мандиса сейчас находится в смертельной опасности. Εсли я окликну ее, она, скорее всего не послушает, а еще хуже — спугнет Сина и спровоцирует его на агрессию. Одного его укуса хватит, чтобы убить Ису.
Сах побери, я же ее предупреждал. Она обещала, что будет держаться рядом. Женщины!
До скрипа стиснув зубы, я медленно сокращаю расстояние между собой и Мандисой, которая заносит хлыст и с невероятной мощью обрушивает длинную, покрытую шипами плеть, на спину урчащей от удовольствия твари. Кожа мгновенно лопается, и Син с визгом отлетает в сторону, глядя на нее черными обезумевшими глазницами. Не давая времени на ответную реакцию, Иса бьет снова и снова, хлещет точными, быстрыми ударами, с яростью и силой, которую я никогда в ней не подозревал. Плетеная часть хлыста лижет тело твари, оставляя глубокие багровые поцелуи. Син верещит от боли, отползая в сторону, но хлыст находит свою цель, превращая огромное длинное тело твари в одну сплошную кровоточащую рану. Металлический запах ударяет в ноздри, взывая к моему темному началу, заставляя кровь в моих венах циркулировать с бешеной скоростью.
