Брэм откашливается:
– Она права.
Меня бросает в жар, я открываю рот, чтобы что-то сказать, но тут же закрываю его.
Брэм трет затылок. Переминается с ноги на ногу. Ему явно так же неловко, как и мне, но взгляд его становится отстраненным, в глазах появляется блеск, как будто слова Тессы высекли в нем какую-то искру и от этой искры вспыхнул огонь. Он начинает ходить взад и вперед вдоль борта.
– Это будет нелегко, но это может сработать. Если Расмус будет считать, будто он знает твои планы и мысли, это, вероятно, ослабит его бдительность. Особенно если ты улизнешь не одна, а в сопровождении другого Костолома.
Тесса не понимает, к чему это может привести.
Я так долго гадала на сращенной кости моей бабули. Погружалась в созерцание другого моего пути. Тосковала по реальности, которой не существует. Не знаю, выдержит ли мое и без того уже раненое сердце, если Брэм сделает вид, будто он питает ко мне интерес, в то время как на самом деле никакого интереса у него нет. Это может сломать меня.
– Брэм, нет. Ты не обязан…
Его пальцы сжимают мой локоть.
– Я же сказал, что помогу тебе отыскать Лэтама. И я готов на все, чтобы сдержать слово. Даже на это.
«Даже на это». Эти слова отдаются в моей голове, как изготовленная с помощью магии костей стрела, что ранит, но не замедляет свой полет и не теряет своей поражающей силы.
Даже Лэтам не смог бы придумать лучшего способа помучить меня.
Как только я нехотя согласилась принять план Тессы, она помахала рукой, показывая то на Брэма, то на меня, и изрекла:
– Вы должны начать вести себя так, будто между вами что-то есть. Надо, чтобы Расмус привык к этой мысли до того, как мы прибудем в Лейден.
И теперь мы с Брэмом сидим на палубе отдельно от остальных, склонившись друг к другу с таким видом, будто мы заняты интимным разговором, хотя это абсолютно не так.
– Из этого ничего не выйдет, – тихо говорю я. Я повернута к Расмусу спиной и потому не пытаюсь маскировать свое беспокойство, но Брэм сидит к нему лицом и вынужден изображать нежность. Он дарит мне ласковую улыбку.
– Если продолжать так и дальше, это сработает, – говорит он тоном, совершенно не вяжущимся с нежным выражением его лица.
– Брэм…
– Это благодаря твоей матушке я переехал в Мидвуд, – перебивает меня он. – Она говорила тебе об этом?
Я чувствую ком в горле. Потому что, хотя я и знаю, о чем он толкует, мне об этом сказала не моя мать. Она редко признавалась в своих добрых делах, и только после ее смерти я узнала, скольким людям она помогла, изменив их жизнь к лучшему.
– Нет, – сдавленно отвечаю я. – Не говорила.
– Она спасла меня, когда мне было очень тяжело. И самое малое, что я могу сделать – это помочь тебе вернуть ее кости в Мидвуд, где они должны находиться. Это мой долг перед ней. А что до Лэтама… – На его челюсти начинают ходить желваки. – Мне бы ничего так не хотелось, как заставить его страдать за то, что он сотворил.
– Но неужели это лучший способ?
– Тебе нужна моя помощь или нет? Потому что другого варианта я не вижу.
– Конечно, нужна. Просто…
Брэм протягивает руку, заправляет мне за ухо прядь волос, и я умолкаю, не закончив фразу. У меня начинают путаться мысли. Этот жест так мне знаком. Он заполняет ту пустоту, которую я всегда чувствую внутри после видения моего другого пути.
– Для нашего зрителя, – тихо поясняет он. Его пальцы замирают, касаясь моего лица.
Мое сердце превращается в лед и разбивается на две половины – фантазию и реальность. В одной Брэм любит меня, а в другой играет в любовь. В одной у меня есть надежда на счастье, а в другой нет.
Я не должна их путать. Мне необходимо помнить, что реально, а что нет.
– Я стараюсь играть натурально, – сквозь зубы говорю я. Но как я могу убедить Брэма в том, что с моей стороны это только игра, и в то же время убедить Расмуса в обратном?
К тому времени, как наш корабль прибывает в Лейден, Расмус уже закатывает глаза всякий раз, когда видит меня с Брэмом.
Тесса уверяет, что это хороший знак.
Город находится на побережье, и из маленького речного порта мы видим черные прибрежные скалы. На одном из ближайших холмов стоит маяк. Волны бьются о скалистый берег, и вверх взлетают клочья пены и тучи брызг. Здешний пейзаж суров, но красив.
– Добро пожаловать на сушу, – говорит капитан корабля, когда мы готовимся сойти на берег. Он машет рукой с плоской кожаной сумкой. – Мне сказали отдать вам это, когда мы прибудем на место. Кто хочет взять у меня эту штуку?
Джейси выхватывает у него сумку, и он усмехается:
– Желаю удачи. Увидимся через два дня, когда вам придет пора возвращаться в столицу.
Я поспешно схожу на берег вслед за Джейси, и, когда ставлю ногу на причал, у меня перехватывает дыхание.
Лейден. Город Стекла.
