– Одну минуту, – продолжал Александр. – Я выставлю этого тряпичного джентльмена у задней двери. А вы тем временем скользните вперед. Прячьтесь за колесами и снимайте чеки. Наступать враг еще не решается. Наше молчание пугает его не меньше, чем могла бы испугать самая энергичная стрельба. Остается несколько минут. Это больше, чем нам нужно. Бушмен, лук и стрелы при тебе?
– При мне!
– Отлично! Стреляй в первого, кто сунется.
Все вышло именно так, как предвидел Александр. Едва появилось чучело, раздался новый выстрел. Пуля пробила лохмотья, но единственным последствием было то, что в рванине образовалась еще одна дырка, пополнив и без того разнообразную и живописную коллекцию дыр.
Тем временем Альбер и Жозеф вошли в воду. Их скрывали высокие массивные колеса.
– Хороший выстрел, – пробормотал Александр. – Судя по раскату и облаку дыма, это голландское ружье. Неужели с нами воюет владелец фургона или кто-нибудь из его братьев?
– Чеки сняты! – сообщили Альбер и Жозеф одновременно.
– Хорошо. Укрепите рычаги между колесами и стенкой фургона, приготовьтесь толкать и ждите моей команды.
– Готово.
– Фургон накренится в вашу сторону. Будьте осторожны.
– Хорошо.
– Вы готовы?
– Готовы.
– Раз, два, три…
Огромный деревянный ящик сначала заколыхался, потом резко накренился набок, как если бы собирался опрокинуться в реку. Он затрещал, но не упал. И тут раздается крик радости. Тяжелая махина в одну минуту снова принимает устойчивое горизонтальное положение и тихо покачивается на спокойной глади воды.
Оба каталонца, которым этот успех стоил больших усилий, вскакивают в фургон с выражением нежданного успеха на лицах, обливаясь потом. Но они сияют от радости и кричат как сумасшедшие:
– Плывем! Плывем! Мы спасены!..
Это было верно. Подхваченный легким течением, которое уносило его к реке, фургон поплыл, к великому изумлению осаждающих.
Три друга, наконец избавившиеся от грозной опасности, крепко обнялись. Теперь им надо было позаботиться об управлении этим необычным кораблем. Что им до бешеного крика врагов и их пальбы?
Более всех был заинтригован всегда спокойный и не так-то легко удивляющийся Александр. Опираясь на крепкий багор, посредством которого он приводил в движение свою плавучую телегу, он все старался понять, почему все-таки она поплыла.
Объяснил Альбер:
– Не скажу, чтобы это вышло совсем случайно, но все-таки нам на сей раз просто повезло. Когда мы с Жозефом спихнули одновременно оба левых колеса, фургон резко накренился влево. Края осей не выдержали и поломались. Тогда кузов потерял опору и снова выпрямился. Кстати, кузов совершенно водонепроницаем. Ни одна капля воды не просочилась.
– Эта махина ведет себя лучше, чем можно было ожидать.
– Совершенно верно. Мы плывем довольно прилично, хотя наш ковчег ничем не похож ни на катер, ни на шлюпку.
– Ни хотя бы на самое обыкновенное угольное судно, – заметил Александр.
– Ну вот, мы наконец попадаем в реку, – продолжил он. – Теперь нам необходимо на минутку задержаться, чтобы изготовить весла, иначе нас может унести течением. К тому же не надо забывать, что впереди водопад.
– Весла?.. Вот одно весло. Его, по-видимому, оставил хозяин.
– Оно превосходно сделано, остается только позаимствовать метод его изготовления.
– Нам нужно таких два или три. Третье будет служить рулем.
– Я, кстати, приберег немного гвоздей. При помощи топора Жозефа мы сделаем лопасти из ящиков. И выстругаем древки из боковых досок.
– Как это все медленно тянется! – вздохнул Альбер, подумав о том, сколько времени потребуется на изготовление этих предметов.
– Ничего не поделаешь, друг мой, мы еще немало потеряем времени. Ведь у нас нет никаких инструментов. И все-таки, если бы ты меня послушал, мы пустились бы в путь только ночью или, вернее, завтра утром, до рассвета.
– Опомнись! – горячо воскликнул Альбер. – Неужели ты думаешь, что я могу этак сидеть здесь до бесконечности сложа руки? Да мне каждая минута мучительна!..
– Я понимаю. И потому хочу обратиться к твоему благоразумию. Неужели ты забыл, что в нескольких стах метрах отсюда стоят наши лодки? И что ночью надо встретиться с Инженером и получить у него оружие? Я чувствую, что дело приближается к развязке. Поверь мне, излишняя поспешность может только погубить все, чего мы достигли ценой таких усилий.
– Нет, это невозможно! Я больше ждать не могу! На этот раз моя воля бессильна. Я сойду с ума!
– Ну что ж, будь по-твоему, – с грустью сказал Александр. – Едем. Только как бы нам не пришлось пожалеть…
Через полчаса весла были кое-как сделаны. Альбер схватил одно из них и занял место в задней части фургона. Александр и Жозеф поместились в передней части, предварительно подняв стену и спрятавшись за ней. Надо было еще проре́зать два отверстия в боковых стенках, чтобы пропустить весла и дать им точки опоры. Наконец было покончено и с этим, слева и справа над ватерлинией оторвали по одной доске.
Альбер, который все время ерзал от нетерпения, подал наконец сигнал к отплытию.
