Поклянись, что это правда полностью

– Знаете, я тренер, и я просто обязан работать хорошо. Я делаю все, что в моих силах, но не сомневаюсь, что многие из моих ребят не особо высокого мнения обо мне. Тренер – это всего лишь тренер. – Улыбка становится шире. – Истинный победитель этого сезона – капитан команды.

В зале – взрыв эмоций, а у меня внутри все переворачивается.

– К сожалению, Ноа Райли не смог сегодня прийти, но если бы он пришел, я бы снял перед ним шляпу. Парню досталась команда, на треть состоящая из новичков, и уже через год она вышла в плей-офф, хотя изначально была в самом низу списка. Многих из вас, ребята, он взял под свое крыло. И вы, возможно, не знаете, потому что он, конечно же, никогда не говорил об этом, но он перекроил расписание своих тренировок, чтобы выделить время для каждого игрока, чтобы обучить каждого, кто об этом просил, а иногда и не просил. Вы были для него семьей.

Мне хочется заплакать после таких слов.

– Поэтому единогласно, всеми тридцатью девятью членами нашего жюри, Ноа Райли признан самым ценным игроком этого года. Я бы хотел пригласить на сцену Трея Донована, чтобы он принял эту награду за него.

Зал взрывается аплодисментами, а Кэмерон, которая пришла сегодня с Треем как его девушка, радостно визжит рядом со мной.

Трей закатывает рукава, откашливается, берет наградную статуэтку и рассматривает ее.

– Вот уже три года Ноа – мой лучший друг, и я не сомневаюсь, что скажу то же самое и через тридцать лет.

– Послушай, – окликает меня Чейз, и я с неохотой поворачиваюсь к нему. – Не хочешь выпить? Мой приятель работает в баре!

Я отрицательно мотаю головой и снова поворачиваюсь к сцене.

– Это самый трудолюбивый человек из всех, кого я знаю, и я считаю, что он заслуживает всего самого лучшего, что только может предложить жизнь, – продолжает Трей. – Тренер попросил меня принять награду Ноа, но здесь, в этом зале, есть один человек, которого теперь уже я хочу попросить передать статуэтку моему другу. – Трей смотрит на Кэм, потом снимает микрофон с подставки, спрыгивает со сцены и идет к нам. Неожиданно он произносит в микрофон:

– Арианна Джонсон!

Я вздрагиваю, а Трей улыбается.

– Ари, лучшая подружка моей девушки, ты, наверное, сейчас думаешь, что я рехнулся. Что ж, так и есть. – Трей стоит передо мной, я смотрю на Кэм, и тут он опускается на одно колено и подмигивает мне. – Пожалуйста, прими эту награду и передай ее Ноа!

– Э-э-э… – Я нервно хихикаю, чувствуя, что на меня все смотрят.

– Пожа-а-алуйста! – Трей смотрит на меня умоляющими щенячьими глазами.

Я пожимаю плечами и беру у него статуэтку.

– Ну ладно…

Зал свистит, Трей смеется, возвращается на сцену и отдает микрофон тренеру.

Тренер раздает награды дальше – Брейди, кстати, оказался единственным первокурсником, отмеченным на церемонии, – потом свет гаснет, и музыка звучит чуть громче.

Чейз поворачивается ко мне, протягивает руку и кивает в сторону танцпола.

– Никто ведь не танцует, – говорю я.

– Ну и что, – улыбается он. – Мне хочется потанцевать с тобой. Зачем ждать?

Мне так приятно это слышать! Чейз берет меня за руку и выводит на середину зала. Он легко кружит меня, я смеюсь, румянец заливает щеки, но, случайно оглянувшись, я вдруг замечают, что далеко не все в зале разделяют мое веселье, а некоторые смотрят и вовсе недружелюбно. Я невольно напрягаюсь, но Чейз прижимается щекой к моей щеке и шепчет:

– Не обращай внимания, Ари.

Его ладонь скользит по моему телу, пальцы правой руки переплетены с моими пальцами.

Чейз смотрит на меня ласковыми зелеными глазами и прижимается губами к моей руке.

– Ты такая красивая, Ари! Очень красивая. – Он говорит совсем тихо, и от звука его голоса у меня сжимается сердце.

Танцпол заполняется, но я уже ни на кого не смотрю – не отрываю взгляда от парня передо мной.

– Я так давно мечтала об этом… Потанцевать с тобой…

Чейз прижимается лбом к моему лбу, и я закрываю глаза.

– Я тоже мечтал, – говорит он. – Не думал, что у меня будет еще шанс. Да, я сглупил, но больше такой ошибки не повторю. Я выбираю тебя, Ари, только тебя. Несмотря ни на что.

Утыкаюсь лицом ему в шею, вдыхаю едва уловимый аромат.

Сладкий и пряный…

А где сосновые иголки и шалфей? Где нотки мяты?

Открываю глаза, когда мягкая ладонь Чейза прикасается к моей щеке.

Но она должна быть грубоватой, нетерпеливой, жаркой…

Я слегка отстраняюсь, и Чейз смотрит мне в глаза.

– Ари, – шепчет он, придвигаясь ближе, и мне становится трудно дышать. Не могу понять – это предвкушение удовольствия или дурное предчувствие?

Вопросы сбивают меня с толку, все это очень больно, но, может быть, есть причина для этой боли?

Может быть, мне больно за нас.

Или… или причина другая.

Взгляд Чейза падает на мои губы, я приподнимаю подбородок, и он целует меня. Сердце бешено колотится, когда он прижимается теснее и зарывается пальцами мне в волосы.

Вдруг я начинаю рыдать и отшатываюсь. Ни взглянуть на Чейза, ни услышать, что он скажет, я не успеваю – прямо передо мной возникает брат.