– Мне нравится. Меня всегда завораживали заброшенные места, их история и тоска, которая с ними связана.
Амо посмотрел на небо и покачал головой.
– Тоска – определенно то, к чему я стремился во время нашего первого настоящего свидания.
Я наклонила голову, пытаясь понять, шутит ли он. Он посмотрел на меня сверху вниз и усмехнулся.
– Я шучу. Тебе неловко идти туда со мной?
– С чего бы? Вероятно, вряд ли найдется кто-то, с кем мне было бы безопаснее в этом месте, чем с тобой.
– Нет никого, с кем бы ты была в большей безопасности.
Давление его руки на мою спину усилилось, и я позволила Амо провести меня к стальным воротам. Он отворил их с резким скрипом, от которого по коже побежали мурашки, несмотря на то, что я не замерзла.
Я шагнула в холл с высокими потолками, ржавыми трубами и колоннами. В воздухе витал запах плесени и пыли. Мой взгляд зацепился за стол и два стула на помосте. Несколько маленьких газовых ламп освещали путь к ним.
Я чувствовала на себе взгляд Амо, поэтому вскинула на него глаза. Выражение его лица было напряженным.
– Мы можем пойти туда? – Я указала на площадку.
Амо кивнул и, взяв мою руку в свою широкую ладонь, увлек меня к платформе.
– Я помогу тебе, ладно?
Я кивнула. Он обхватил меня за талию и поднял на платформу. Мои руки взлетели к его плечам, и я на мгновение зависла в воздухе. Мне всегда нравилось наблюдать, как партнеры по танцу поддерживали своих девушек, но я никогда не могла испытать это на себе, насладившись кратким ощущением полета.
Однако в руках Амо я могла представить, как это может быть с кем-то, с кем тебе комфортно. Амо не отпустил мою талию, даже когда мои ноги коснулись платформы. Мы замерли, я смотрела на него сверху вниз, его руки лежали на моей талии, а мои – покоились на его плечах.
Я улыбнулась и, не задумываясь, наклонилась и поцеловала его. А потом отстранилась.
– Это было нормально?
Амо усмехнулся:
– Ты можешь целовать меня, когда захочешь.
Я покачала головой:
– Я имею в виду мою технику.
Амо скользнул рукой по моей талии, мягкое трение приятно согрело мой живот.
– Дело не в технике, а в страсти.
Страсть. Я кивнула.
Страсть – то, что нельзя постичь или выучить, и уж точно ее нельзя изучить в теории. Я сделала шаг назад, чтобы Амо мог запрыгнуть на платформу, на которой находился стол, накрытый на двоих.
Но я нигде не видела еды и сомневалась, что здесь есть кухня.
– Садись.
Амо отодвинул для меня стул, и я опустилась на сиденье.
Амо присел на корточки перед большой термосумкой, которую в службах доставки используют для сохранения температуры готовых блюд, и откинул крышку. Внутри было несколько пакетов, а в них – коробки.
Он начал выгружать их. Я насчитала около двух десятков.
– Я не был уверен, что ты любишь, поэтому я взял суши, китайскую, индийскую, арабскую и итальянскую еду.
Мои глаза расширились, когда он принялся открывать разные коробки по очереди.
Амо сел на стул напротив меня и указал на бутылку вина. Я кивнула, ошеломленная его вниманием. После того как мы подняли бокалы, я положила в свою тарелку хумус и питу, маки суши с огурцами и авокадо, а также горсть оливок.
Все это было безопасно для меня как вегетарианки.
Мы съели несколько кусочков в тишине.
– Мясо у тебя не в приоритете? – спросил Амо, указывая на шаурму с бараниной на своей тарелке.
– Откуда ты знаешь? – задала я глупый вопрос.
– Ты внимательно все просмотрела и не выбрала ни одной мясной закуски.
– Я веган.
Он прищурился и кивнул. Я позволила своим глазам блуждать по помещению, пытаясь вообразить события прошлого.
– Здесь твой отец вырвал язык человеку за оскорбление твоей матери, верно?
Амо проглотил кусок баранины и некоторое время серьезно смотрел на меня, обдумывая ответ.
– Да. Я должен был догадаться, что ты слышала о жутких историях Семьи. В следующий раз выберу другое местечко.
– А будет ли следующий раз? – спросила я, отрывая кусок от питы и обмакивая в хумус.
Амо откинулся на стуле, не обращая внимания на свою порцию.
Он так смотрел на меня, мне стало нестерпимо жарко.
– Я хочу, чтобы это повторилось еще много раз.
Я желала того же, но он должен был жениться через три недели, а моя семья никогда не позволит мне видеться с Амо. Я не могла понять, как мы можем в принципе быть вместе. Словно уловив ход моих мыслей, Амо покачал головой.
– Важен только момент.
Я слегка улыбнулась.
– Ты собираешься танцевать для меня? – Амо скользнул по мне взглядом. – Ты все-таки надела балетный костюм.
– Если ты хочешь, чтобы я танцевала, я это сделаю. У тебя есть особое желание?
Амо ухмыльнулся:
– Я почти не разбираюсь в балете. Возможно, что-то из «Щелкунчика»[4]? Это ведь самый известный балет?
– В целом – один из многих, – заметила я, достала телефон из сумочки и выбрала трек, а потом увеличила громкость.
Мой желудок нервно сжался, когда я положила телефон на стол, встала и отошла на несколько шагов, чтобы у меня было побольше свободного пространства. Танцы перед другими людьми всегда вызывали у меня сильнейшее волнение, но, посмотрев на Амо, я сразу же успокоилась.
