Я продолжал держать палец внутри, пока мы целовались, и поглаживал ее шею. Щеки Греты раскраснелись, а глаза наполнились тоской, которую я слишком хорошо понимал.
– Теперь ты, – твердо сказала она.
Я не стал спорить, когда она расстегнула ширинку и спустила мои брюки и нижнее белье. Мой член вырвался на свободу, кончик был покрыт предэякулятом.
– Ты хочешь, чтобы я…
– Используй руки, – прохрипел я на грани контроля.
Если бы сегодня Грета использовала рот, я бы точно сошел с ума и занялся бы с ней сексом. Или кончил в ту же секунду, когда ее губы коснулись моего члена, поскольку был чертовски возбужден.
Я обхватила пальцами основание члена Амо настолько крепко, насколько могла. Он был очень длинным и толстым, и я невольно задумалась, как он поместится во мне.
Его пальцы тоже были длинными и толстыми, что, конечно, неудивительно, учитывая его высокий рост. Но эрекция превышала все нормы. Я понимала, что он каким-то образом поместится.
Физически он должен был поместиться хотя бы немного.
Мои мысли развеялись, когда с губ Амо сорвался первый низкий стон. Мне понравился звук.
Я поглаживала шелковистую длину вверх и вниз, проводила большим пальцем по головке. Мне нравилось исследовать его.
Вскоре Амо начал двигать бедрами, сомкнув руку на моей, усиливая давление. Я встретилась с ним взглядом и глубоко вдохнула, увидев выражение похоти и собственничества на его лице.
Вожделение овладело и мной, укоренившись в сердце.
Когда Амо с содроганием и стоном кончил и жадно поцеловал меня, на моем лице расцвела счастливая улыбка. Амо усмехнулся. Я подняла взгляд, впившись зубами в нижнюю губу.
Амо чмокнул меня в нос, после чего я даже оторопела, и отступил назад.
– Давай приберемся. Я умираю с голоду.
– Опять? – спросила я.
Он засмеялся грудным смехом, который наполнил мой живот бабочками. Однако я всегда находила забавный термин весьма тревожным. Мысль о том, что внутри меня поселились живые существа, не вызывала приятных эмоций. Хотела бы я знать, кому пришло в голову придумать подобную фразу.
– Теперь я и правда говорю о еде.
– О! – вырвалось у меня. Я была чуть разочарована.
Амо покачал головой, протиснулся между моих ног и страстно поцеловал меня.
– Не волнуйся. Я попробую тебя сразу после перекуса.
Убрав доказательства наших шалостей, мы с Амо вернулись на кухню.
Медвежонок смотрел на меня едва ли не с упреком. Словно я предала его, впустив в дом незнакомца.
Дотти свернулась калачиком рядом с ним. Он редко отходил от нее.
Я потянулась за клетчатой рубашкой, но Амо протянул свою белую.
– Держи.
Он помог мне надеть ее.
– Мне нравится, как ты выглядишь в моей рубашке. Я еще помню подвал.
– И я, – выдохнула я, застегивая пару пуговиц на груди. Взяла блюдо с бутербродами и салатницу, поставила все на стол. – Столовые приборы и тарелки вон там. – Я указала на шкаф, который находился сбоку от Амо.
Он изумленно покосился на шкаф, будто никогда в жизни не накрывал на стол, но, вероятно, я не ошиблась с выводом. Тем не менее он наклонился и достал две тарелки и вилки, после чего направился ко мне и опустился на скамью.
Я устроилась рядом, наши ноги соприкасались.
Амо не потрудился надеть ничего, кроме боксеров, и я наслаждалась его полуобнаженным телом.
Он взял бутерброд и откусил больше половины. Прожевал и доел оставшееся за один укус.
Я моргнула. Я приготовила четыре бутерброда и теперь размышляла, хватит ли этого.
– Здесь хумус и чатни из жареных помидоров, – объяснила я.
Амо благодарно кивнул и доел второй бутерброд. Взглянул на меня.
– Разве ты не голодна?
– Не волнуйся, я поела до твоего приезда.
Он хмуро покачал головой и протянул мне бутерброд. Вместо того чтобы взять его, я откусила кусок прямо с его руки и улыбнулась.
Затем наполнила свою тарелку салатом и наблюдала, как Амо поглощает бутерброды.
– Я не предполагала, что ты окажешься в восторге от моей веганской еды.
– Я не привередлив, когда голоден. – Он скорчил гримасу и проглотил последний кусочек. – Неправильно выразился. Твоя еда восхитительна.
Я пожала плечами:
– Не беспокойся, я слышала просто невероятные оскорбления в адрес веганских блюд. Не представляю, как их только придумывали! Вряд ли ты можешь сказать что-то хуже.
– Жить в семье Фальконе, будучи веганом, должно быть, нелегко.
Я понимала, что Амо шутит, но его тон был немного язвительным, поэтому мне сразу захотелось защитить близких.
– Мне нравится, что я Фальконе.
– Я бы предпочел, чтобы ты была Витиелло.
Наступила тишина. Я поскребла вилкой по тарелке и наколола капустный листок, затем поднесла его ко рту, выжидая.
– Забудь то, что я брякнул, – процедил Амо, потянувшись. Он повернулся ко мне и начал пристально смотреть на меня.
Он словно изучал меня.
– Хочешь записаться в команду? – спросила я.
Он провел ладонью по глазам, усталость брала свое.
– Да. Сегодня был очень длинный день, учитывая разницу во времени.
– Я помою посуду. Ты можешь готовиться ко сну, – предложила я, вставая.
Амо коснулся моей талии и притянул к себе. Когда он сидел, а я стояла, мы находились на одном уровне.
– Я помогу тебе.
Я улыбнулась:
– Было бы чудесно.
