На глазах детей рушился их дом, неприкосновенный покой, в котором они жили так недавно. И за столь короткое время все приобрело абсолютно противоположный облик. Не чувствуя под собой ног, они побежали вниз. На той дороге, где они утром встретились с матерью, лежали осколки стекла, какие-то тряпки и широкие пятна крови. Двери всех домов были сорваны с петель, сами дома обкрадены. Кирэ надеялся найти людей и решил посмотреть что за одним из разрушенных домов. Обратно он вернулся слишком быстро, выйдя к Эрику бледным, а дрожь пронизывала его тело.
- Что там? - спросил Эрик.
Брат только покачал головой и сказал ему не ходить туда. За домом Кирэ видел за домом хладный труп, пару часов назад бывший отцом Оонэра. Он в первый раз увидел смерть человека.
- Кирэ, что произошло? Это точно наш дом, наша деревня? Мне страшно! - Эрик отчаянно отказывался верить в происходящее.
- Это наш дом, - глухо ответил ему брат. - Но он полностью разрушен.
- Нет! Не может быть! - он вцепился в одежду Кирэ и заглянул ему в глаза, чтобы увидеть его чувства. - Нужно найти маму с папой, они должны быть здесь!
И не дождавшись ответа, Эрик ринулся в сторону дома.
- Эрик, стой!…
Но Кирэ напрасно пытался его остановить. Мальчик быстро прибежал к своему дому, больше не оглядываясь на тот ужас, который окружал его.
- Мама!!
Эрик ворвался в дом и оказался на кухне, пол которой был осыпан осколками битой посуды. Стол был опрокинут, скамейка сломана, вещи разбросаны, полки сорваны. И прокатившийся к его ногам алый ручеек указал на его самую большую потерю.
- Мама…
- Эрик! - вскрикнул Кирэ, поймав его под руки, когда у него подкосились ноги.
Он висел на его руках, как бездушная кукла. Эрик хотел убежать, закричать или закрыть глаза, но тело ослабло от боли, охватившей всю его душу, а разум упрямо отвергал реальность. На его рыжие волосы упали слезы Кирэ, который тоже увидел смерть дорого ему человека.
- Это были разбойники, Эрик, - сказал он, глотая слезы. - Что смогли они забрали, а что не смогли - разрушили.
Эрик, встав на ватные ноги, подошёл к бледной холодной матери. Он упал рядом с ней на колени и ласково позвал её:
- Мамочка, мама… Давай уйдем в другое место. Тут все разрушено. Пожалуйста, пойдем…
Но она не отвечала этому наивному и только такому по детски нежному голосу. Кирэ было очень больно, он закрывал глаза ладонью, но слезы не переставали литься.
- Очнись, Эрик! Она умерла! Всё! Это конец, смерть! Ничего уже не изменить.
Мальчик вздрогнул, будто от удара плети. И вспомнив об очень важной вещи, спросил:
- Кирэ, а я говорил сегодня маме как сильно я её люблю?
Ему это казалось настолько важным сейчас…
Но надежда умерла и её похоронили непрерывные душащие слезы…
Миша открыл глаза.
«Какой странный сон…» - подумалось ему.
Он огляделся. Все спали вокруг горевшего костра, согревающего маленькую пещеру, где друзья укрылись от непогоды. Арреки, свернувшись клубком, словно домашние кошки, спали рядом со своими хозяевами. Верок, сонно мурлыча, спрятала черный нос в пушистые лапки. Она закрывала крылом свою подругу и маленькую Аску. Фриз был недалеко от Кеная, который в отличие от остальных не сильно нуждался в одеяле. Рэй и Эрик мирно спали. Ребелиос тоже был рядом, согревая Мишу своим теплом и защищая его от холодного дождливого ветра, иногда закрадывающегося в пещеру. Снаружи шёл дождь, омывая хвойные ветки сосен и елочек вместе с аккуратными листочками других деревьев. Ночь стояла над лесом, усыпив его жителей. Еле слышно вдалеке прогремел гром. Ветки сухо трещали в костре. Искры, выпрыгнув на волю, описывали в воздухе рыжую дугу и угасали.
Эрик вдруг заворочался, а потом и вовсе, отбросив одеяло в сторону, поднялся и подошёл к огню. Он подкинул веток, от которых разлетелось множество огненных пылинок. Парень вдумчиво вглядывался в огонь, в его глазах играли искры. Изредка он ворошил тонкой веточкой догорающую пищу их ночного светила. Он не боялся обжечься. Следя за ним, Миша вспомнил свой сон и им завладели сомнения: правдив ли он или это всего лишь бред? Услышав шум учащенного сердцебиения, Эрик оглянулся и встретился со взглядом друга.
- Ты чего не спишь? - шепотом, чтобы не разбудить остальных, поинтересовался Эрик.
- Не знаю, - честно ответил тот. - Сколько я спал?
- Не долго. Часов пять.
- Хорошо. Рад, что вы все целы.
Рыцарь тяжело вздохнул.
- Прости меня, Мерт. Я же знал, что один солдат из моей погони куда-то делся, но не задумался над этим, а он, оказывается, пошёл тогда за вами… Из-за моей глупости ты чуть не погиб. Прости.
- Не извиняйся, Эрик. В этом случае никто не виноват. Главное то, что все живы.
Гром прокатился над лесом. Пламя дрогнуло из-за ветра, рванувшего в пещеру.
- Ты сильно изменился, Мерт. Очень сильно…
Когда же весь дружный лагерь проснулся, Элен подняла хороший вопрос о том каким образом они будут дальше добираться до крепости. Их обычный путь пролегал через непроходимые для человека леса и горы и девушка категорически отказывалась везти через них раненного Мишу.
