И после долгих дней изнурительной работы, Эрика забрали из камеры и насильно отвели в другую. В ней ничего не было, кроме клетки с кроликом. Животное трусливо жалось к решетке, нервно дыша и дергая носиком. Мужчина, приведший его сюда, дал ему в руки нож и сказал:
- Убьешь его — получишь еду.
А он не стал. Эрик отказался, громко заявив об этом и тут же поплатился. В камеру его бросили избитым до полусмерти.
- Я же говорил… - тихо плакал Оонэр, вытирая ладошкой кровь с его лица.
Чем дальше, тем было хуже. Такой же участи подверглись и Тирамижея с Кирэ. От таких побоев многие дети умирали, а они держались. Откуда они черпали свое мужество, тюремщики не знали.
- Да не плачь ты, Оонэр. Это еще ничего. Было бы намного страшнее, если бы нас разлучили, - говорила ему тогда девочка с улыбкой, не смотря на капающую кровь.
И вот настал тот день, когда и за Оонэром пришли.
- Кто из вас здесь дольше всех? - спросил тюремщик с порога.
Дети не отвечали, не хотели выдавать друга. Тира сразу же сжала Оонэру руку, чтобы он не раскрыл себя.
- Ну! Кто из вас?! - свирепел мужчина.
Тюремщик протянул руку к девочке и схватил её за волосы.
- Отвечай! - тряхнул он её.
Оонэр ударил обидчика по руке и вырвал у него девочку.
- Это я! - крикнул он.
- Что ты делаешь?! - испугалась Тира.
- Точно, я тебя уже видел раньше, - узнал его стражник. - Ты-то мне и нужен, иди сюда. Можешь попрощаться с друзьями, ты их больше не увидишь.
Он перекинул мальчика через плечо и вынес из клетки.
- Выводи их на работу, - напоследок приказал он другому тюремщику.
Оонэра принесли в комнату, где пахло спиртом, бинтами и кровью. Его привязали к хирургическому столу, стянув руки и ноги ремнями. Он крутил головой, соображая, что с ним будут делать. Его хрупкая грудь с болью трепетала под изорванной рубашкой, все тело дрожало. Сейчас он был похож на того кролика в клетке.
- Это точно он? - спросил тюремщика один из мужчин в белом халате и маске.
- Да. Делайте, что велено, - гавкнул тот в ответ.
- Не указывай мне. Я знаю свою работу, - врач закрыл за ним дверь и наклонился над мальчиком. - Потерпи, больно будет совсем недолго.
Ослепленный страшной болью мальчик не знал, что с ним делаю, не знал, что после операции его руки будут испачканы в чужой крови тех, кто причинил ему эти страдания, и тех, кто в тот момент рвался к нему на помощь.
Кенай изумленно посмотрел на товарища.
- Эрик, ты был здесь? - не веря спросил он.
- Я помню тебя, номер 1704, - вновь заговорил вампал. - Помню и твоего брата, номера 1705, и твоего друга, номера 1408. Но где же они? Неужели все погибли?
- Да. Все, - сдавленно ответил тот, опустив голову.
- Как жаль, - разочарованно вздохнул дух, обдавая его ледяным дыханием. - Жаль, что ты, не увидев их в последний раз, хоронишь их заживо.
- Заткнись! - гневно вскрикнул рыцарь. - Никто бы не смог выжить под камнем, свалившемся прямо на голову!
- Остынь, человек. Не тревожь души ни в чем не повинных детей, - остановил его вампал. - Любезнейшие, у меня нет желания трепать языком напрасно. Идите на мой голос и я выведу вас отсюда.
- Но почему ты не уходишь из этого места? Что тебя держит? - спросил его Миша.
- От части я не ухожу в мир иной именно из-за таких людей, как вы, которые ищут приключения, не думая о последствиях, - благосклонно ответил тот, ведя их к выходу. - Но я так же не хочу оставлять этих детей, хочу оберегать их покой, ведь на их долю и так выпало слишком много горя.
- Что ты имеешь ввиду? - спросил Кенай.
- Ты точно хочешь это знать? Я могу вывести вас, просто поведав вам, какие цветы росли у моего озера, когда я был еще щенком.
- Меня мало заботит судьба растений, в отличие от прошлого моего друга. Рассказывай, - потребовал ледяной рыцарь.
