Ксения окинула взглядом экипаж «Фокуса», с сомнением закусила губу:
– Если бы кто-то из нас знал, кто это, то дело бы уже давно приняло совсем другой оборот. Мы не знаем, кто это. Но у нас есть подозрения, кто ему помогает. Помимо кланов Антанты.
– Кто?
– Грацц Ирган. У нас нет ни одного доказательства связи Грацца с заговорщиками, тем более – доказательств несанкционированных контактов с атавитами. Его имя не фигурирует ни в одном отчете, ни в одной сводке.
– Но зачем ему это? Он и так управляет Клириком и колониями, – Ульяна растерянно хмурилась.
Ксения бросила быстрый взгляд на Паукова, словно спрашивая у него разрешения:
– Сейчас ему это нужно больше, чем прежде. Он регент при императоре, который вот-вот вступит в свои права. И в одночасье станет никем. Предполагаю, ему это не очень нравится.
Ребята переглянулись:
– Хм, я даже не знал, что после смерти их правителя, там есть какие-то наследники, – Тим с недоумением почесал затылок.
– И тем не менее. Я хочу архив Кромлеха. Это раз. И хочу данные по родственникам Сабо, откуда у них точные данные по РПС-маркерам и столько активного фермента для фальсификации у них есть и откуда они его добыли. Если Сабо представит эти сведения, я готова ходатайствовать о переводе его из обвиняемых и пособников в состав свидетелей, и организовать программу его защиты. Теон, уверена, меня поддержит.
Крыж откашлялся, привлекая к себе внимание:
– Хорошо, давайте думать об этом, но тема нашего сборища – энергон. Мне удалось отследить его. Это первое, – на рабочем мониторе он открыл карту Коклурна и показал квадрат в соседнем секторе, который зафиксировал соответствующий импульс.
Авдеев посмотрел на координаты:
– О, так это совсем рядом. Мы вот здесь.
Крыж выразительно посмотрел на него:
– Это Ас Тар. Энергон у Химала Чи.
– Он вроде говорил, что его изучают их академики…
– Ну, не изучают значит. Более того, энергон движется. И движется в нашу сторону.
– Не уверена, что стоит этому радоваться, – Ксения насторожено поправила нашивку на груди, сняла с формы несуществующую пылинку.
– Может, они с ним так и не разобрались? – Тим напомнил о сводках боевых действий. – Если у них все так плохо, значит, они или не разобрались с ним…
– …Или он не действует без Ульяны и «Фокуса», – завершил его мысль Крыж. – И это вторая причина, по которой я вас собрал. Мы проверили алгоритм: сейчас искин не реагирует на внешнюю угрозу в том числе на атавитов. Хотя все данные с энергона по-прежнему на него загружены. Я готов поспорить, что на нем есть какие-то корневые данные, которые даже теперь, после загрузки и адаптации с «Фокусом» могут работать только с подключенным к нейросети энергоном.
– Я ничего не понимаю, – сообщил Авдеев. – ТРОПАН активируется непосредственно энергоном? То есть это не просто устройство, это устройство…
Он развел руками в поисках нужного определения.
– Это устройство защиты от атавитов, – кивнул Крыж и достал распечатки – чтобы ребята сами убедились.
Раскрыл перед ними расшифровку.
– Но он же носитель кода имплементации, – Ульяна растерянно посмотрела на ребят. – Сабо говорил, что никто не хотел прикасаться к нему, что он меченный… Да и я сама видела это «имплементация расы-наследницы завершена», этот образ, превратившийся в атавита. И нити чи ба, которые нейтролизовали на Коклурне у меня и у Ираля через даль гау затухание. Это же все не приснилось мне.
Ксения вздохнула:
– Единственное, что этим подтверждается, так это связь между тобой, энергоном, атавитами и «Фокусом». А каков характер этой связи… не знаю, для меня все не очень очевидно.
Крыж прищурился, откинулся на спинку кресла:
– Ну а какие варианты?
– Имплементация – это не то, что мы о ней думаем, например…
– Это поглощение…
– Поглощение – это способ воздействия, но кто объект? Что именно подвергается воздействию? Геном? Энергетическая оболочка, квантовые колебания на уровне ментограм? Каков механизм причинно-следственных связей? – Она задавала вопросы, а экипаж все больше смотрел на нее с удивлением.
Крыж, открыв рот, не сводил с нее глаз, а когда она закончила, озадаченно растер переносицу.
– Вот блин, – пробормотал. – Так приятно было думать, что понимаешь хоть что-то. Но ты все испортила.
Ксения посмотрела на него с сочувствием:
– Энергон – устройство вроде флешки, он может нести в себе очень разную информацию, одновременно. Сегодня мы знаем только факт наличия этой информации, частично – ее содержание, но не видим механику ее влияния.
Артем устало растер глаза:
– То есть ты допускаешь мысль, что имплементация – это не поглощение? Заметить, нам именно так представили энергон на Коклурне.
– Я допускаю мысль, что механизм несколько сложнее, – Ксения встала напротив него, уперлась кончиками пальцев об угол консоли. – Поймите, это очень древний артефакт, нам не известно, в чьих руках он побывал, какие изменения претерпел, как реагирует на новую среду и активацию. Поэтому то, что вижу я – это клубок разрозненных фактов. И очень хочу разобраться. У меня там, на Земле, тоже дом. И я так же хочу защитить близких, как и вы.
