Наталья чувствовала, что начинает паниковать. Что делать ей? Встать за его спиной и сделать вид, что ничего не произошло? Потребовать еще один стул?
Шею тронул чужой напряженный взгляд, холодный, как кожа лягушки. Наталья посмотрела влево – тая насмешливую улыбку, за ними наблюдал Грацц Ирган. Черная мантия, капюшон закрывает верхнюю часть лица, только перламутрово-серые глаза с узкой щелью зрачка хищно поблескивали в полумраке.
Ираль приблизился к своему креслу, еще один шаг и ему придется его занять. А ей, Наталье, принимать какое-то решение, от которого зависит ее будущее.
У Натальи колотилось сердце, взгляд искал решение, но Ираль двигался слишком стремительно.
Шелест отодвигаемого стула – это секретарь отодвинул его от стола, чтобы сеном мог удобнее его занять.
Маоль поднялась, когда Ираль поравнялся с ней. Шелест шелка и шум второго отодвигаемого кресла – на этот раз ее, кресла Всеобщей матери.
Ираль все понял без слов, движением руки он подтолкнул Наталью к освободившемуся креслу, положил руку ей на плечо и чуть надавил, заставив опуститься в него. Царица заняла место позади, величественно положив руки на спинки их кресел.
– Вы все видели, – сказала Маоль.
– Каков шанс, что ваше решение не приведет федерацию к катастрофе? – прошелестел Грацц. Было видно, что он не ожидал такого поворота: плотно сомкнутые и без того тонкие губы, сейчас походили на змеиные, землистое лицо потемнело, узкая щель зрачка сжалась, превратившись в ненавидящую ниточку.
– Я слишком долго ждала этого момента, чтобы сомневаться в правильности выбора моего сына, – Маоль усмехнулась. Ее голос звучал властно и безапелляционно. – Род Адальяров выполнил все требования малого Совета. Заключен публичный брак, каждый из вас мог наблюдать глубину печати.
– Все так. Но есть ли… генетическая совместимость, – справа от Грацца сидел клириканец в такой же как у достопочтимого черной мантии. Вероятно, еще один представитель рода Ирган. – Молодая селар Наатш сможет ли подарить Клирику наследника и предотвратить междоусобицу?
Наталья покосилась на Ираля, успела заметить, как на его губах мелькнула лукавая усмешка, покраснела.
– Думаю, можно положиться на наших генетиков и медиков, – уклончиво бросил Ираль, – не стоит до такой степени сомневаться в их репродуктивных программах.
– Но совместимость… – настаивал клириканец.
– Совместимость вполне приемлемая, – отрезал Ираль резко. – В полномочия Совета Рода не входит требовать освещения того, что происходит в спальне сенома.
– А то, что последует за признанием ойали Всеобщей матерью, входит в наши полномочия требовать? – медленно проговаривая каждую букву, поинтересовался Грацц.
Над столом повисло молчание.
– Вы говорите загадками и при этом хотите узнать ответ, – Ираль выдержал его взгляд.
Грацц скривился:
– Вы делаете вид, что не знаете, в каком положении находятся земляне?
– В каком, расскажите нам пожалуйста, чтобы мы понимали, что говорим об одном и том же, – Ираль поставил локти на стол, сцепил руки в замок.
Ирган окинул взглядом присутствующих, каждый почувствовал, как достопочтимый клириканец буквально прощупал сознание каждого из них.
– Не ведите себя, как мальчишка, дорогой смиринг… Смею предположить, что все, и вы в том числе, знаете об акте имплементации, произошедшем между капитаном Рогововой и атавитами, через подсоединения к устройству энергон. Ваша оайли является ее дублером, а это означает, что у нее близкая связь с объектом имплементации, и она падет в числе первых. Очевидно, не успев дать нам потомство. Процедура поиска новой Всеобщей матери весьма утомительна и не факт, что генетическая связь сформируется. Вам известны все сложности этого процесса. Очевидно, нам придется защищать род Адальяров и избранную сеномом оайли. Иными словами, вступить в противостояние с атавитами. Погибнут сотни подданных, миллионы окажутся без крова. И все ради весьма сомнительного приключения… Если мужчина хочет близости с женщиной, совсем не обязательно ее называть для этого царицей и обагрять ложе кровью своих подданных… – он зло посмотрел на Ираля. – Простите, мой друг, что приходится вам объяснять такие прописные истины. Но вы не оставили мне выбора.
В тягостной тишине голос Маоли прозвучал подобно шелесту прибоя. Царица усмехнулась:
– Похоже, дорогой Грацц, вы утомились… О каком-то мифическом энергоне говорите… Никто не знает точного механизма действия этого артефакта… Или у вас есть доступ к какой-то иной, не известной всем нам информации, и вы готовы с ней поделиться? – она вздохнула: – Все, что вы говорите, безусловно, тревожит. Но нет никаких подтвержденных данных, что угроза реальна.
– А если предположить, что да? – поинтересовался один из глав родов, высокий, худой клириканец, выделявшийся своей красно-бурой кожей и небольшими ро́жками на голове.
– А если предположить, что угроза действительна, то мы вступимся за землян не потому, что оайли землянка, а по праву старших, – отрезал Ираль. – По праву, которое возлагает на нас и обязанности. Мы вступились за трилонцев. Мы вступимся за младшие расы. Это наш с вами долг.
