Он почувствовал движение за своей спиной, оглянулся через плечо: Наталья переминалась босыми ногами и оттягивала вниз подол его футболки. Ворот едва удерживался на худых плечах, сползал с них и оголял хрупкие ключицы.
– Что делаешь? – тихо спросила, закатила длинные рукава выше локтя.
Ираль отвел взгляд, уставился в монитор.
– Готовлюсь к завтрашней встрече с главами Совета Родов. Он будет настаивать на том, что ты – другой расы. При этом, молодой…
Наталья усмехнулась:
– Той, ради мифического благополучия которой вы изменили свою пищевую цепочку, исключив из неё млекопитающих, нас и нам подобных? – напомнила их давнюю ссору.
Аккуратно, чтобы не слишком оголить ноги, опустилась рядом с ним на пол, натянула на колени край его футболки.
Ираль лукаво покосился на нее, скользнул взглядом по влажной коже девушки и намокшим кончикам волос. Кивнул:
– Примерно так.
– Чувствую себя Матоакой из поухатанов, – поймала на себе удивленный взгляд клириканца, пояснила со вздохом: – Это имя индейской принцессы, которая вышла замуж за белого поселенца и основателя колонии англичан в Северной Америке, более известная нам как Пакахонтас. Она вышла замуж за чужестранца, чтобы спасти свой род. И была для его родни дикаркой. – Ираль все еще не понимал. Девушка отмахнулась, убрала с лица прядь: – Не обращай внимание… И какие успехи?
Клириканец смотрел на нее и улыбался. Спохватился, отвел взгляд:
– Есть одно положение, которое гласит: «Если запрет предков молчал до сего дня, то запрета нет».
– «То, что прямо не запрещено законом, разрешено»… Да, у нас тоже есть такое положение. И что?
– Принципы передачи верховной власти формировались так давно, что это скорее не законы, а обычаи, родовые традиции, которые пришли к нам с тех времен, когда наши предки еще не знали Каю…
Девушка подняла вверх указательный палец, вспоминая, как переводится слово.
– Неба то есть, – вспомнила и просияла.
– Да. Тогда не предполагалась сама возможность существования других цивилизаций и рас. То есть прямого запрета нет… Но я должен убедиться и найти точно то положение про запрет.
Наталья кивнула, взглянула на монитор:
– Какая у вас красивая письменность, – на экране горели слова, более похожие на кружево.
Ираль проследил за взглядом землянки:
– Я бы мог научить тебя… Если бы ты оставалась здесь.
– А мы разве не этим занимаемся?
Ираль покачал головой.
– Я не могу так поступить с тобой и с Крыжем. После того, как мы выполним задание Теона, и я вступлю в права, нам предстоит процедура развода. Ты сможешь вернуться домой. К друзьям. Своей прежней жизни… И это я должен учесть сейчас тоже. Надо избежать публичного брака.
Наталья не сводила взгляд с его профиля. Свет из окна совсем растаял во тьме, и силуэт клириканца угадывался только благодаря отсвету от монитора. Синему, призрачному.
– А это что такое – публичный брак.
– Варварский обычай, который давно не применялся, но может быть навязан нам – мы слишком стремительно меняем их планы, Грацц имеет возможность воспользоваться моим же оружием: я буду настаивать на архаичных правилах и ему дам повод следовать им же.
Наталья нахмурилась:
– М-м, это что, надо будет еще раз поцеловаться? При людях? Что это за зверь такой – публичный брак?
Ираль посмотрел на нее снисходительно:
– Тут поцелуем не обойдется… Но не волнуйся, этого не будет. Я уже почти нашел, как тебя защитить. – Он потянулся к монитору и открыл одно из закрытых окон, в котором клириканской вязью замер текст. Он переключил в режим автоперевода, ткнул пальцем в выделенный фрагмент: – Если мне удастся использовать эту норму, то тогда тебе ничего не угрожает. И еще им не будет никакого резона тебя убивать. Это тоже очень кстати.
– А что это?
– Это Правило Синельда. Я единственный ребенок своих родителей, и мужского пола. Моя оайли становится дочерью Вечной Матери. И автоматически получает права на трон. Вне зависимости от соблюдения других условий. То есть – условно говоря – мы снимаем регентство Грацца не через возвращения прав мне, а через тебя, как приемную дочь Вечной Матери.
Наталья не поняла:
– Сложная схема… Ты знаешь, у нас считается, что только простая и ясная схема, изящная в своей простоте, может быть исполнена безошибочно. Здесь же все выглядит очень странно. И еще – став дочерью Вечной Матери, я разве не становлюсь автоматически твоей сестрой? У вас такие браки не запрещены.
Ираль устало выдохнул:
– Рихта джаль. Я об этом не подумал… – в смятении уставился на монитор, пробормотал: – Нет, это противоречит логике… Скорее всего, нет, начнет действовать правило первичности прав…
Он опустил голову на сцепленные в замок пальцы. Уставился в текст.
Наталья положила свою руку на его плечо, чуть сжала:
– Спасибо, Ираль. Спасибо, что думаешь обо мне.
Клириканец медленно, будто через силу, вздохнул:
– Тебе лучше поужинать и отправиться спать. Завтра я разбужу тебя до рассвета.
Девушка не пошевелилась, вопрос горел на губах, но как его произнести, она не знала. Не могла.
– Ираль. Ты сказал, что завтра будет проверка… Проверка наличия связи между нами?
Клириканец кивнул:
