Взяв подставку со свечкой, Найт удалился в свою комнату, а Хан остался на диване в гостиной наедине с фиалкой. Укрывшись покрывалом, он прикрыл глаза, но уснуть все равно не получалось. В голове роились сотни мыслей о прошлом и будущем, о проблемах и способах их решения, а также о людях, которых он боялся потерять в попытке достичь заветной цели.
Кажется, в какой-то момент Элияр все же уснул, но мгновенно пробудился, услышав тихий скрип двери и шорох одежды. То была привычка, выработанная на границе, где любой шум мог стать признаком приближающейся опасности. Хан прислушался к движениям босых ступней по каменному полу пещеры. Это были легкие шаги человека, умеющего идеально контролировать свое тело.
«Это что еще за хрень? – поразился Элияр. – Где же твоя неуклюжесть и вторая левая нога? Стоп. Это вообще он?»
Найт остановился, и чувствительный к колебаниям воздуха Хан уловил слегка учащенное дыхание. Постояв посреди комнаты, полуночник ушел. Вскоре входная дверь за ним закрылась.
Хан резко сел, отбросив покрывало. Быстро натянув ботинки и схватив куртку, он вышел следом. Шорох травы послышался с правой стороны, там же мелькнула человеческая тень. Вся эта ситуация казалась странной. С чего бы хозяину дома красться куда-то ночью без обуви?
Мысли Хана становились все мрачнее. Возможно, его обманули, и никакой Найт не Покровитель, а самый настоящий демон с Черничной горы? Что он может делать ночью? Что-то проверять или с кем-то встречаться? Действительно ли он не связан с врагами?
Отстав, чтобы не попасться, Хан потерял из виду его силуэт, но вскоре наткнулся на проем в скале. Дальше он расширялся, превращаясь в узкий коридор, уходил налево, а затем разветвлялся. Элияр шел на звук шагов.
Стены в пещере были влажные и неровные. Почти в полной темноте Хан мог ориентироваться лишь благодаря ветру и тусклому свету лун, пробивавшемуся через узкие щели в потолке. Вскоре стал слышен шум воды, впереди показался теплый свет. Хан осторожно приблизился к проходу, за которым, очевидно, и были те самые источники. Но зачем Найту понадобилось мыться ночью?
Размышляя, Элияр спустился по трем ступеням и встал за широкой каменной колонной. На полу маленького освещенного участка большой пещеры фигура Найта отбрасывала колышущиеся тени. Во влажном помещении было гораздо теплее, чем снаружи, а от воды поднимался пар. Наверное, зимой здесь было все белым бело, как в бане.
Человек с той стороны колонны тяжело дышал, будто бежал сюда из последних сил, поспешно сбрасывая на пол халат и рубашку.
– Тысяча демонов! – бормотал Найт. – Успокойся. Это ничего не значило. – Он произнес несколько слов на незнакомом Хану языке и снова перешел на ризский. – Скоро все закончится...
Огонь множества свечей колыхнулся от легкого ветра, раздался шорох, и пола коснулся край черного крыла.
А следом волна темной энергии ледяным вихрем пронеслась по пещере, заставив Хана пошатнуться и прижаться к скале. Найт с другой ее стороны облегченно вздохнул. Удивительно, что пламя свечей лишь затрепетало, но не потухло.
Собираясь осторожно выглянуть и посмотреть, что же все-таки произошло, Элияр наступил на торчащий камень, поскользнулся и выбежал вперед, едва не плюхнувшись плашмя в воду. Его спасли только годы тренировок и порыв магического ветра.
Зато Найта, сидевшего на каменном полу спиной ко входу и выглянувшего из-за крыла, ничего не спасло. Вздрогнув и заорав, он отшатнулся и бултыхнулся в источник, подняв телом и крыльями тучу брызг.
Эта сцена была настолько нелепой, что Хану захотелось провалиться на месте от стыда. Он стоял у воды и наблюдал, как Найт, расправляя мокрые крылья, выныривает и смотрит убийственным взглядом, ожидая объяснений.
Но гордость не позволила Хану начать оправдываться, а свойственное ему высокомерие растянуло губы в ухмылку. Как он мог признаться, что следил за Найтом из-за паранойи?
Покровитель не понял, с какого такого перепугу он улыбается, и, вопросительно вскинув брови, произнес:
– Будешь молчать?
Хан, конечно, промолчал.
Найт нахмурился. Вода хоть и доходила ему почти до шеи, но оказалась прозрачной, можно было увидеть его скрещенные на груди руки.
– Если так и не объяснишь, я могу сделать неправильные выводы.
– Извини, – выдавил Хан.
– А? За что? За то, что следишь за мной? Или за то, что опрокинул меня в воду?
– Кто в своем уме будет красться в собственном доме? – перевел стрелки Хан. – И что это за походка наемного убийцы? Если способен на такое, то почему по крышам сам не бегал, а?
– Не твое дело. – Услышав это, Хан разозлился, но Покровитель быстро напомнил ему о насущном: – Так ты извращенец, подглядывающий за людьми?
– Нет!
– Один раз – случайность, второй – закономерность. Ты псих?
– Да что за бред ты несешь?!
Найт хмыкнул и наклонил голову набок, насмешливо глядя на Элияра. Только теперь до того дошло, что ему просто мстят за шутку про любителя смотреть, как бьют людей.
Открыв рот, он собирался сказать что-то язвительное, чтобы стереть с лица пернатого ублюдка ухмылку, но его опередили, лениво протянув:
– Ну, я-то, конечно, не могу тебя осуждать...
