Хан словил книгу, и все дружно уставились на Нае – единственного, кто хорошо знал еще два языка. Хану и Аури были известны на крейнском лишь несколько фраз, а Вариан вообще был неспособен учить языки. Он и на родном ризском писал с ошибками.
Нае секунду раздумывал, стоит ли ему это переводить.
– Настанет день, когда ты пожалеешь, что отверг мою великодушную помощь.
Покровитель с видом оскорбленной добродетели листал потрепанный том, из которого вылетело несколько желтых от времени страниц.
Хан заявил с ехидной ухмылкой:
– Не настанет.
– А он прав, – заметила Аури. – Если тебе в будущем придется общаться с дворянами, то стоило бы подучить этикет.
– Для этого есть Нае.
– По-твоему, я всегда буду говорить за тебя? – осведомился друг.
– Было бы здорово.
Хан терпеть не мог дворян и все, что с ними связано.
Пока Найт увлекся ветхой книгой и некоторое время не сыпал ругательствами, Вариан выравнивал стопки на столе и собирал разлетевшиеся по полу листы. На них оказались нарисованы шаманские печати. Передав бумаги Аури для изучения, юноша почесал кудрявую макушку и спросил:
– Значит, Покровители и правда знают все языки на свете?
– Да, – ответили с самого верха стремянки.
– Прям все?
– Кроме Золотого Дыхания и древнедемонического.
– А их почему нет?
– Понятия не имею. Спроси у кого-нибудь постарше десяти тысяч лет.
Вариан ошеломленно заморгал:
– Да где ж такого найти? – Почесав кудрявую макушку, он попросил: – А скажи что-нибудь на харсанском!
Найт захлопнул книгу и произнес фразу на восточном языке, считающимся одним из самых мелодичных на свете. Звучало и правда красиво.
– А что ты сказал?
– В этой книге нет ни хрена полезного, одна муть про шаманские защитные массивы. Лови.
– Оп! – Вариан поймал книгу. – А что ты сказал-то?
– Именно это и сказал.
И Найт продолжил с невозмутимым видом перебирать книги.
Аури некоторое время рассматривала листы с печатями и том с «мутью». Ее глаза горели восторгом.
– Это же просто сокровище! Тут все полезное! – воскликнула девушка, размахивая страницами перед лицами Нае и Хана. – Великие боги-создатели, эти штуки такие мощные! Почти как божественные!
– Зачем они тебе? – спросил Хан.
– Как это зачем?! А если нам понадобится поставить где-то мощный барьер? Я, конечно, много о них знаю, но новая информация никогда не помешает.
Аури бережно собрала все выпавшие страницы и вернула на положенные им места, а затем уселась за стол и начала накладывать одну за другой восстанавливающие печати. Прямо на глазах книга посветлела, все листы надежно закрепились, а разводы и потертости на обложке исчезли. И хотя это все еще был старый том со слегка размытым текстом и тонкой, грозящей вот-вот порваться бумагой, он выглядел гораздо презентабельнее, чем раньше. Теперь его было даже приятно читать.
Нае и Хан стали перебирать те полки, до которых еще не дотянулся ворчливый демон с Черничной горы. Где-то через час, когда они закончили просматривать стеллаж, Элияр поставил последнюю книгу на место. Ничего. В этой библиотеке было полно книг обо всем на свете, кроме священного контракта.
Посмотрев на печать на ладони, символы вокруг которой он не мог понять, Хан позвал:
– Найт.
Тот повернулся и вопросительно поднял брови:
– М?
– Скажи что-то на божественном языке.
– Зачем?
– Любопытно.
– Да, пожалуйста! – поддержал Вариан. – Всегда хотел услышать божественный язык!
Найт улыбнулся:
– Я раньше никогда не пробовал, честно говоря.
– Серьезно?! А как ты вообще понимаешь, на каком языке говоришь?
– Инстинктивно, наверное.
– Попробуй сейчас, а!
Нае перестал листать книги, а Аури оторвалась от своих драгоценных массивов и поддержала:
– Да, позволь нам услышать настоящую божественную речь. Все равно, даже если ничего не поймем.
Найт отвел взгляд и облизнул губы:
– Кажется, я не в том состоянии, чтобы самостоятельно слезть с этой стремянки.
– Так протрезвей, ты же можешь, сказал Хан, усмехнувшись.
Юноша шокированно уставился на него:
– Что?..
Аури выдохнула, выйдя из странного оцепенения, охватившего ее.
– Ух! Я не ожидала такого, – сказала шаманка, обмахиваясь своими бумагами.
Вариан помотал головой, а Нае нахмурился. Хан искренне не понимал, что не так.
Оказалось, когда Покровитель открыл рот, все слышали странный высокий звук, пробирающий до мурашек. Он был одновременно похож на свист ветра в металлических трубах, мелодию флейты, чье-то дыхание и действительно отдаленно напоминал речь. Но ни один человек не смог бы так говорить. Это был одновременно прекрасный, пугающий и завораживающий голос божества.
И только Хан слышал слова на ризском.
– Я всегда знаю, что говорю, и всегда это мой обычный голос, – объяснил Найт. – Может, это действие контракта?
Элияр еще раз взглянул на символы на своей ладони и покачал головой:
– Я не могу это прочитать.
– Возможно, однажды сможешь, – сказала Аури.
– Мне это не нужно.
Хан отвернулся к стеллажу, собираясь продолжить поиски.
