Найт, прекрасно понимая всю глупость своего поступка, уже сто раз мысленно отчитал себя. Тем не менее, он обиделся. Его угольный взгляд встретился с ореховым взглядом лучника в молчаливой схватке. Никто не хотел уступать.
Шаманка и рыжий паренек, наконец-то успокоившие лошадей, тихо наблюдали. Если бы противоборствующие стороны обратили на них внимание, они могли бы заметить, как серебряная монета перекочевала из кармана юноши в карман девушки.
В итоге лучник ухмыльнулся и прежде, чем направиться к реке, коротко бросил:
– Интересно.
Найт, которого опять не подумали развязать, смирился и решил, что все не так уж плохо. В конце концов, его не прибили. Может, даже получится убедить северян, что он, хоть и дурак, но совершенно неопасный, и его следует отпустить с миром.
Набрав воды и повесив небольшой чайничек над огнем, лучник сел на бревно напротив.
– Что ты делал вчера в лесу? – спросил он, глядя исподлобья.
– Ехал в сторону гарнизона, – честно признался Найт, чувствуя себя очень неловко под этим испытующим взглядом.
– Зачем?
– Мне сказали, что там будет представление.
Молодой мужчина, которому, на первый взгляд, тоже было чуть за двадцать, прищурился:
– Представление?
Найт терпеливо объяснил:
– Хозяин закусочной в Чоре рассказал, что ваш генерал собирается наказать человека, который отказался от контракта с Покровителем.
– А-а, – протянул северянин, лениво отбрасывая назад упавшие на глаза темно-русые волосы и скаля ровные белые зубы, – так ты из тех извращенцев, которым нравится смотреть, как бьют людей.
«Извращенец» открыл и закрыл рот, ничего не сумев возразить. С точки зрения нормального человека, его объяснение и впрямь звучало несколько... неправильно.
– Забавно, – заключил лучник. – Тебе было так интересно, что ты решил рвануть на чужом коне через лес? Ты хоть заплатил?
– Три серебряных, – буркнул юноша. Ласка на его плече утвердительно гукнула.
– Пусть ты извращенец, но хотя бы не вор.
Найт обиженно фыркнул. Он уже понял, что спорить с этим человеком бесполезно и даже опасно.
– Ладно, – хитрые, чуть прищуренные глаза наблюдали за тем, как молодой господин с ерзает на еловых ветках, пытаясь найти удобную позу. – Тогда кто ты такой?
– Де...
Найт в ужасе заткнулся, чуть не назвавшись демоном с Черничной горы.
– А?
– Делать мне больше нечего, как называть свое имя тому, кому плевать на мои страдания.
Лучник вопросительно поднял бровь.
– Развяжи, я не чувствую рук!
– О, ты об этом.
Наконец веревки на руках и ногах Найта были перерезаны острым ножом. Разминая онемевшие и натертые почти до крови запястья, юноша шипел и вздыхал над своим испорченным нарядом. Больше всего было жаль пальто, расшитое серебряной нитью, которое подарила Лейсан.
– Теперь назови свое имя, – потребовал лучник, убирая нож за голенище сапога.
– Найт.
На мгновение молодой мужчина замер с озадаченным видом.
Найт растерялся: «С именем-то что не так?»
– А фамилия? Не скажешь? Ну ладно, не говори.
Северянин вновь уселся на бревно и сложил руки на груди. Найту совсем не нравилось находиться под его пристальным взглядом, но деваться было некуда. А еще сильно хотелось пить и есть.
Все Покровители в какой-то степени были правы. Невозможно представить, чтобы кто-то вроде Кирана, Эйдена или Лейсан был схвачен людьми и сидел грязный на еловых ветках, мечтая о горячем чае и кусочке хлеба. Ему и самому было стыдно, но по большей части просто страшно. Но если уж этот грубый воин более или менее ему поверил и даже развязал, то с другими северянами должно быть проще, верно?
Найт осторожно спросил:
– А ты скажешь свое имя?
– Хан, – представился лучник. – С Аури ты уже знаком. Рыжий и кудрявый – Вариан, а Нае должен скоро вернуться.
Найт не мог сказать, что ему приятно познакомиться, так что промолчал.
Вдруг взгляд Хана потемнел.
– Допустим, я тебе поверил, – проговорил он. – Но все еще сомневаюсь. Тебе стоит быть осторожным и не злить меня и Нае. Пока мы будем добираться до Шетера, будешь с нами. Если за это время мы решим, что ты, молодой господин, действительно тот, за кого себя выдаешь, то отпустим. –Его глаза опасно сверкнули. – Но если окажется, что ты демон или шпион, я выпытаю у тебя все, что ты знаешь, и убью. Понял?
Почти не дышавший, пока он говорил, Найт кивнул.
– Хорошо, – ухмыльнулся Хан. – Рад, что мы поняли друг друга.
– А могу я спросить... почему вы ушли из лагеря и направляетесь в Шетер?
– Не твое дело.
На минуту между этими двумя повисла гнетущая тишина. Найт не знал, что делать или говорить, поэтому просто сидел на ветках. Даже Кисточка притаилась за отворотом пальто и не желала вылезать.
Со стороны леса донесся шорох травы. К костру вышел русый мужчина со слегка смуглой кожей, что свидетельствовало о том, что один из его родителей был кочевником. Сверкнув убийственным взглядом светлых голубых глаз в сторону Найта, он вынул острый нож, собираясь разделать тушку кролика.
Хана встал и снял чайничек с огня.
– Эй, недемон, голодный?
– Немного, – соврал Найт.
– Голодом мы тебя морить не собираемся. Если уж говорить о пытках, я предпочитаю другие.
