Осознав, что может позорно рухнуть без сознания, Найт поспешил выйти на воздух. Его встретила ночь и туман, легкой вуалью стелящийся по земле и еще не набравший плотность.
– Тебе страшно? – вдруг прозвучало прямо над ухом.
Юноша резко обернулся, встав в позу, в которой хотел то ли защититься от неизвестной опасности, то ли сорваться с места и бежать куда глаза глядят. Но за его спиной не было ничего необычного.
«Показалось? – подумал Найт, холодными и влажными от пота руками убирая со лба волосы. – Теперь у меня еще и слуховые галлюцинации...»
– Ты странный, – снова сказал кто-то. Голос явно принадлежал молодой девушке. Но звучал как-то неправильно, как будто с другой стороны стекла. – Ты не похож на других, но я не понимаю, что в тебе не так.
– Кто ты? – прошептал Найт, как будто кто-то мог застать его говорящим с самим собой, но улица была по-прежнему пуста.
– Я та, кого все ненавидят.
– Ты оборотень?
– Я была им. Теперь я призрак.
Найт сжал и разжал кулаки, пытаясь успокоить дрожь.
– Почему ты не показываешься?
– Потому что не хочу пугать тебя.
– Пугать?
– Ты испугаешься меня, когда увидишь.
У нее был такой нежный голос... Как он мог бояться ее внешнего вида?
– Я не испугаюсь, – уверенно сказал Найт.
– Я не хочу, чтобы тебе было страшно, – в ее словах чувствовалось беспокойство. – Нет, я не покажусь.
– Пожалуйста. Я обещаю.
– Ты очень странный, – повторила она.
Найт усмехнулся:
– Мне часто говорят подобное.
– Ладно. Ты пообещал.
Немного просвечивающий невысокий силуэт скользнул из-за его спины и замер посреди улицы, позволяя рассмотреть себя. Вскрик едва не вырвался у Найта, но он лишь громко вздохнул. Глядя на призрачную девушку, что сама боялась смотреть ему в глаза, он долго не мог произнести ни звука.
– Вот видишь, – сказал он наконец хриплым голосом, выдавливая улыбку, – я же обещал.
У нее был только один целый глаз: большой, темно-карий, с обрамлявшими его длинными ресницами. И в его взгляде, когда девушка стыдливо подняла голову и посмотрела на юношу, была благодарность.
Найт знал, что призраки обычно появляются в том виде, в котором умерли, поэтому некоторые из них выглядят, мягко говоря, неприятно. Но то, что он видел сейчас... Страшно было представить, что произошло с этой девушкой.
Все ее тело покрывали ссадины, синяки и порезы. Один глаз, судя по всему, был выколот. Из-под закрытого века вытекла кровь и засохла на нежной щечке. Левая рука оказалась сильно повреждена и, вероятно, сломана, а правая кисть отсутствовала и была кое-как перевязана окровавленной тряпкой. Рваное серое платье с мелкий цветочек болталось на ее ссутулившейся худенькой фигуре, открывая тонкие босые ноги, все в ужасных ожогах. Левая лодыжка распухла и посинела. Длинные темные волосы, подпаленные с одной стороны, висели грязными сосульками, а на белой шее чернел синяк в виде полосы. Еще у девушки были черные когти на руках и ногах, некоторые из которых оказались обломаны.
– Кто это сделал? – прохрипел Найт и не узнал свой голос.
Она кивнула в одну сторону, затем в другую. Показала на один дом и на другой. Обвела руками всю округу, весь город, всех жителей.
Все.
Это сделали все.
– Подожди, – у Найта снова дрожали руки. – Я сейчас вернусь... Будь здесь!
Он зашел в дом, а призрак девушки остался снаружи.
– Такой добрый, – прошептала она.
Найт шел за Лизой, которая направлялась к таверне, сильно хромая. Она была призраком, но не могла скользить по воздуху, словно туман. Обернувшись, Лиза заметила слезы, которые Найт быстро вытер рукавом рубашки. На ее губах появилась легкая улыбка и она сказала, протянув свою тоненькую ручку с черными коготками к юноше:
– Мне уже не больно. Не плачь.
Найт кивнул и прикусил губу, сдерживая рвущийся изнутри крик.
– Аури, Найт, на что вы смотрите? – в очередной раз спросил Вариан. – Это правда та самая Лиза?
– Да. – Аури до побеления костяшек пальцев сжимала рукоять меча. – Мы с Найтом ее видим.
– Как она выглядит? Она правда оборотень?
– Ох, Вари... – только и произнесла шаманка.
По ее тону Вариан понял, что с Лизой случилось что-то ужасное, поэтому не стал больше спрашивать и молча последовал за Найтом.
В таверне ярко горел свет, пахло жареными овощами, мясом и каким-то вином. Хмурый хозяин неприветливого заведения, и его сын сидели за одним из столов вместе с мясником и его женой, зашедшими на ужин. Четверо обсуждали цены на говядину и свинину на весенней ярмарке в соседнем городе, когда дверь внезапно распахнулась, отлетев к стене и грохнув об нее увесистой железной ручкой. Заскрипели половицы под тремя парами ног.
Владелец таверны, отец, исподлобья взглянул на шаманку и парней, почему-то очень мрачных, и пробасил:
– Опять пришли, наглецы!
– Это что, те самые? – фыркнул мясник, вытирая салфеткой жирные седые усы.
– Эй! – рявкнул сын, вскакивая. – Какого хрена вам тут надо?! А ведь я как увидел вчера эту суку, сразу подумал, что она полезет не в свое дело! Батя, тех мужиков с ними нет, а этих молокососов вместе с бабой я вышвырну отсюда!
