С ответом мастер не торопился, долго рассматривая Сэма в упор. Под тяжестью мудрого взгляда пожилого мужчины принцу сделалось не по себе. Ожидание начало казаться пыткой. Сколько прошло времени и сколько пройдет еще до того, как мастер озвучит свой ответ? Самаэль взглянул на Маю и вопросительно качнул головой, на что девушка никак не отреагировала, продолжая так же бесстрастно рассматривать его и Нову с Ренфридом. Наверное, их внешность вызывала у нее столько же вопросов, сколько у них – ее.
Наконец, мастер поманил ученицу рукой и что-то ей сказал, после чего Маю задала ему вопрос, и они заговорили между собой. Глядя на это, Сэм не удержался и покосился на Нову с Ренфридом, чьи лица выражали тот же вопрос. Теневой страж, перехватив взгляд Сэма, подался вперед.
– У тебя есть запасной план на случай, если они нам откажут?
– Нет, – признался Самаэль и метнул внимательный взгляд на иноземцев, надеясь, что запасной план не понадобится и те, как заверяла Ниорин, все им покажут и расскажут без лишних жертв. Цена за разговор – правда, и они ее дали островитянам.
Голоса мастера и переводчицы оборвались. Маю кивнула старику и поднялась на ноги, после чего ушла, ничего не сказав остальным. Что означал ее уход и как теперь вести беседу, Сэм не знал. Будто прочитав немой вопрос у него на лице, мастер начал что-то ему объяснять, но Сэм ничего не понял, хотя закивал, пытаясь убедить себя и собеседника в обратном.
Вдруг тишину нарушил мерный звук шагов возвращающейся Маю. Девушка снова заняла свое место рядом с мастером и только после вложила в его морщинистые ладони тяжелую книгу, обитую красной кожей. Это был тот самый томик, который жаждала заполучить Ниорин для совершения обряда над легендарным великаном. Сэм так напряженно смотрел на книгу, что почувствовал на себе пристальное внимание Маю только тогда, когда у него начали гореть уши. Он поднял на девушку глаза и расправил плечи. Бесстрастно наблюдая за ним, Маю оказывала немыслимое психологическое давление. Сэму стало не по себе. Он попытался скрыть внутренне волнение и снова перевел взгляд на старика, принявшегося неторопливо перелистывать хрустящие страницы книги.
Казалось, стоило появиться томику в помещении, как воздух наполнился затхлым запахом. Сэм не смог представить, сколько было лет книге, но очень надеялся, что в ней найдутся нужные Ниорин сведения.
Вскоре страницы перестали хрустеть, и мастер заговорил. Он подался к Маю, спасая Сэма от ее внимания, и, рассекая воздух указательным пальцем, долго что-то ей объяснял. Вместе с ней к его словам внимательно прислушивались остальные, хотя ничего не понимали.
Когда мастер завершил свой рассказ, тени на улице вытянулись и крупными хлопьями повалил снег. Сэм сжал челюсти и кулаки, ноги от долгого сидения на полу начали затекать. Нужно было уже возвращаться на воду и брать курс обратно на Великий Гринфордт, чтобы успеть к сроку, но такими темпами точно придется затянуть с выполнением задания. Сэм напрягся, готовый броситься вперед. Он увидел книгу – да ее нужно было просто забрать и бежать прочь.
Прежде чем он успел что-либо сделать, ему в руку вцепился Ренфрид.
– Остынь, – шикнул он. – Мало ли что они скажут?
– Надо выслушать мастера, – поддержала его Нова, осторожно хватаясь за вторую руку.
– Вашу ж… – огрызнулся на них Сэм и избавился от их ладоней, сложив руки на груди.
Он ненавидел ожидание и бездействие, в его натуре было наносить удар, а потом думать. Что может быть в треклятой книжонке между строк? Этот невидимый текст Ниорин бы и прочла!
– Жертва, – наконец произнесла Маю, отворачиваясь от мастера.
Девушка посмотрела на них, и Сэм успел порадоваться – она не отличалась многословностью, значит, ждать оставалось немного.
– Вы спрашивали о сотворении колыбели. Чтобы ее создать, маги принесли жертву.
– И… и все? – Нова хлопнула глазами. – Об этом нам известно, – поникла ведьма и почти обреченно вздохнула.
– Да. – Маю посмотрела на колокольчики. – Великая дань – ключ к созданию колыбели.
– Что за дань? – Ренфрид решил копнуть глубже, хотя Самаэль уже подобрал под себя ноги, готовый подняться.
– Маги пожертвовали собой.
Тишина накрыла их, как слой снега сырую землю. Самаэль напряженно вздохнул и покосился на стушевавшихся Ренфрида и Нову, которые всячески искали глазами что-то в полу. Жертва. Кровавая дань стала своего рода пропускным билетом для жизни в Денном Миире.
– У меня вопрос…
Плечи напряглись от того, как виновато прозвучал голос Ренфрида. Какого беса он творит?! Самаэль насупился и перевел взгляд на старика, который внимательно посмотрел на Теневого стража из-под тяжело нависших век и неторопливо кивнул.
Тогда Ренфрид заговорил увереннее:
– Почему выпускники Негласной библиотеки не верили в бестий?
