После этого трудно осудить издателя-бизнесмена или литератора-профессионала, основной заботой которых является попадание в формат. Увы, эта история стара, как литература. Ещё пригревшийся у первобытного костра сказитель предпочитал заработать рассказом кусочек мяса с вертела, а не удар чем-нибудь тяжёлым по голове. То есть определённое понятие «формата» существовало уже тогда. Должность придворного поэта в Англии звалась «поэт-лауреат», и лавры те доставались отнюдь не только через умело подобранную рифму. Вспомним, что даже непревзойдённый эпатёр Вийон время от времени вынужден был выдавать на-гора вполне коммерческий продукт, воспевая в балладах не только милых сердцу уголовников и потаскушек, но и «августейшего благодетеля» герцога Орлеанского. Возможно, кто-то и считает, что сокращение читательской аудитории до одного-трёх-десяти человек приведёт к некоему Ренессансу… Так ведь и в те времена количество макулатуры в процентном соотношении к написанному не шибко отличалось от нынешнего.
Впрочем, порою попадание в формат происходит безо всякого нарочитого старания: ну, угадал автор совершенно случайно умонастроение публики, совпало его творение с ее чаяниями — вот вам и бестселлер. Бывает и наоборот. Сказавший некогда «талант всегда пробьётся», очевидно, и не подозревал, какое количество безымянных гениев так и осталось в своих мансардах. Кто знает, рукописи скольких Блейков сгинули без следа за последний десяток веков? Сколько Рэмбо подались в работорговцы, не сумев заработать пером на кусок хлеба?
С другой стороны, собственно «коммерческая», то есть написанная в первую голову ради гонорара, литература далеко не априори является халтурой — как не является халтурой любая работа, сделанная ради денег. Александр Сергеевич, кажется, вполне приличные вещи писал, да и не он один.
Если же подобная практика не устраивает отдельных «творцов» — добро пожаловать в «сетературу», благо, соответствующие сайты всё стерпят. Только вот лично мне не известно ни одного случая, когда «сетератор» отверг бы предложение «бумажной» публикации со всеми прилагающимися пряниками. Да и поиск в Сети непризнанных шедевров — занятие, прямо скажем, неблагодарное для читателя. Издатель — другое дело. Уж если из Иры Денежкиной в своё время слепили не слабый брэнд, то… Для подобного успеха ведь даже таланта не нужно — рекламы достаточно. То есть и здесь мы имеем дело с успехами рыночными, а не творческими.
Что нам это даёт применительно к непосредственной теме разговора?
Во-первых, любые разговоры о фантастике, как о «коммерческой» и, следовательно, «низкой» литературе бессмысленны, так как то же правомочно по отношению к литературе вообще в её нынешнем виде. Любая книга пишется, чтобы быть прочитанной, то есть — купленной. В противном случае, мы имеем то, чему небезызвестный Феликс Сорокин уподобил писание «в стол».
Во-вторых, не следует путать Божий дар с яичницей: последняя куда как предпочтительней с финансовой точки зрения. Впрочем, одно прекрасно совмещается с другим: если примеры Пушкина и Шекспира для кого-то недостаточно убедительны, то этот кто-то — скорее бесталанный сноб, чем непризнанный гений. Нет ничего постыдного в потакании вкусам «толпы» — стыдно называть «толпой» собственных читателей. Нет никаких препятствий в достижении небывалых ранее вершин именно в заданных рамках. Правила игры несколько усложняются — что ж, тем интереснее возможен результат. Вдохновению, породившему рукопись, которую нельзя продать, — грош цена.
В-третьих, если существующие брэндовые рамки для вас тесны — никто не мешает экспериментировать. В случае, если созданное окажется действительно оригинально и свежо, издатель предпочтёт скорее вложить средства в раскрутку очередного проекта, чем отдать конкуренту возможную прибыль. «Славянская фэнтези», «городская фэнтези», «криптоистория», а с недавних пор и «альтернативная география» — яркие тому примеры. Здесь особо интересна была бы работа на грани фантастики и мэйнстрима: при вменяемой издательской политике (например, выпуске подобной книги как в сугубо «фантастической», так и в «интеллектуальной» серии) возможен определённый дрейф читательской аудитории в сторону фантастической литературы. Здесь уместен пример тех же «Бессильных мира сего», разные издания которых нашли свою аудиторию. (Кстати: количество читателей, попросту не заметивших первого, «амфорного», издания этой книги, впечатляет…). Другое дело, тут нужно быть готовым к тому, что подлинное признание вашего таланта (или, если угодно, должная раскрутка созданного «лейбла») будет длиться десятилетиями.
