Не знал, что через сотню лет русский охотник на земляных оленей найдет в пещере у двух морей
Но одно Нея знал точно — он выполнил волю
Когда зазвучал сигнал тревоги, крысы уже были на спасательной шлюпке. Серебряк, вожак клана, пересчитал серых пушистых зверьков и принялся прыгать на кнопке «Старт».
— Вы уверены? — удивленно переспросил борткомпьютер. — Шлюпка сильно недогружена. Вы можете взять еще людей.
— Не надо! — крикнул Серебряк, всем весом надавливая на заветную клавишу. В конце коридора уже показались бегущие члены экипажа.
— Подтвердите, что все люди смогут покинуть корабль! — потребовал борткомпьютер.
Вожак с высоты кнопки оглядел приборную панель. Нашел тумблер «Закрыть шлюз», прыгнул к нему, стараясь не обращать внимания на топот и сопение в коридоре. Аккуратно откусил пластмассу, потянул на себя и замкнул провода. Люк захлопнулся перед самым носом человека. С той стороны забарабанили, потом просительно поскреблись.
Беляк, светлый крыс сомнительного происхождения, дернулся открыть вход.
— Держите его! — приказал Серебряк. Вернулся к «Старту». Нетерпеливо пошевелил усами и без разбега запрыгнул наверх.
— Люк заблокирован, — пожаловался борткомпьютер. — Невозможно полностью укомплектовать шлюпку.
С той стороны в люк несколько раз сильно ударили ногой — и все смолкло.
— Они погибли? — со слезой в голосе спросил Беляк.
— Пошли другую шлюпку искать, — отмахнулся Серебряк. — Их сейчас делают в два раза больше, чем надо. Не первый случай, когда крысы отвоевывают себе право на спасение. Ну, железяка, летим?
— Подтвердите, что вы — человек, — злорадно предложил борткомпьютер. — Приложите ладонь к сенсорной панели.
— Произвол! Звери в беде должны помогать друг другу! — крикнул с пола шлюпки молодой крыс Пацук. — Позор!
— Люди — не звери, — бросил Серебряк, изучая устройство панели. Нашел, где можно добраться до проводов. Быстро перекусил.
— Идентификация невозможна, — вздохнул компьютер. — Стартуем.
Шлюпку тряхнуло, крысы с писком повалились друг на друга и взмыли в воздух, когда наступила невесомость. Заработали системы навигации, выбирая ближайшую пригодную для жизни планету. Включились двигатели, уводя маленький кораблик в поле низкой гравитации — для гиперпрыжка.
Сзади огненной розой расцвел покинутый звездолет.
— А если там кто-то погиб из-за нас? — грустно спросил Беляк.
— Ну и что? — Серебряк парил по кабине в поисках пакетиков НЗ.
Пацук уже добрался до сметаны: вместе с несколькими мохнатыми шариками с зубами он водил хоровод вокруг вкусной сферы. В другом углу резвилась молодежь, первый раз освободившаяся от искусственного тяготения. Вожак ухватился за мешочек с хлебом. Одним рывком содрал упаковку, плотно обхватил буханочку лапками и с наслаждением откусил. Оглянулся на светлого крыса, плакавшего солеными слезинками.
— Люди — это только транспорт для крыс, — наставительно сказал Серебряк. — Они пристреливают лошадей, которые не могут дальше везти наездника, а мы? Мы всего лишь сделали правильный выбор в ситуации «они или мы».
— Люди — это... — не согласился Беляк. Замялся, подбирая определение. — Это...
— Средство передвижения, — подсказал Серебряк. — Сначала они помогли нам расселиться из небольшой области в Восточном Китае по всей планете. Потом изобрели гиперпрыжки и начали колонизировать другие миры — а вместе с ними на космических кораблях полетели мы. Человек с трудом привыкает к новым условиям жизни: колонии, после того как выполнят основную задачу, часто приходят в упадок.
— Основная задача? — переспросил Беляк, переставший плакать.
— Доставить партию крыс, чтобы мы завоевали еще одну планету, — Серебряк торжественно осмотрел шлюпку, по которой парили крысы его клана. — Не знаю, будет ли космос принадлежать людям, но нашим он будет точно!
Киностудия имени Горького, съёмочный павильон.
Обстановка творческая. Беспорядочно лежат кабели, штативы, стройматериалы, у стены куча мусора, издалека доносятся ругань и смех. В центре павильона — декорация: две стоящие под прямым углом панели, оклеенные обоями в горошек, в пространстве которых установлен платяной шкаф, сервант, тумбочка и кровать. Над кроватью — бра. В одну из панелей, изображающих стену, врезана дверь.
В тележке с кинокамерой, громко храпя, спит оператор. Обычный рабочий день.
Уютное, красивое, цветное прошлое.
