Я взглядом показала ей, что не хочу об этом разговаривать и она еле заметно кивнула, продолжая искать фильм. И тут у меня вырвалось:
— Как там родители?
— Отлично. Они долетели и сейчас живут в каком-то доме, который арендовала их компания. Короче, всё окей, — она подняла взгляд на меня, и я пожала плечами.
— Ничего страшного. Я рада, что у них всё в порядке, — я еле выдавила из себя улыбку, и я действительно была рада.
Я хочу, чтобы у них всё было хорошо.
— Почему ты не хочешь, чтобы они знали? Они заслуживают знать, — вставила сестра.
Не надо им рассказывать. Зачем им это знать? Чем они смогут помочь? Опять же, жалостью? Я знаю, они не приедут. По крайней мере, сейчас. Им нужна эта работа, в США всё-таки немного кризисная ситуация. А я кто? Я — никто.
— Просто не хочу их напрягать.
— Ты их не напрягаешь, — возразила Фиби.
— Ну, тогда я не хочу чтобы они меня напрягали. Неважно. Им просто нельзя этого знать. Пока что.
— Я тебя не понимаю.
— Это и не нужно понимать.
— Но я всё равно не понимаю.
— А я понимаю.
— А я нет.
— А я да… черт, заткнись, — сестра начала смеяться, и я подхватила её смех. Да, она определенно действовала на меня лучше, чем кто-либо.
— Ладно, я нашла какой-то фильм, вроде как… «Если я останусь»… Посмотрим? Это не ужасы, но и не комедия. Любовные штучки какие-то.
— Эх… — вздохнула я. Мне нельзя смотреть ничего о любви. Не люблю смотреть что-то в этом роде. Читать книги — пожалуйста, но когда смотрю на их счастливые и радостные лица, меня прямо пробирает зависть. — …включай уже.
Фиби победно завизжала, а я закатила глаза.
Фильм начался. Ну что же… Любовь спасет мир.
***
Я потерла шею, которая напрочь затекла. Сидеть в одной позе около двух часов мне, как бы, не очень понравилось, но фильм стоит просмотра. Но опять же, зависть. Тупая, чертова, глупая зависть. Я вам покажусь идиоткой — завидовать персонажам фильма —, но я всё всегда принимаю близко к сердцу. Я даже когда читаю книгу, жутко злюсь на главную героиню и могу что-то разорвать, метать — саму книгу, телефон и так далее. Иногда я тихоня, но что касается книг — я ужасно вспыльчива.
Фиби тоже встала и радостно воскликнула:
— Это было так круто! А-а-а! Адам такой красавчик, — она игриво вздохнула. — Ну почему им так везет… Фильм — супер!
— Неплох, — сказала я, пытаясь утаить свое разочарование и зависть.
— И это всё?! Да ты чертов робот!
— Полностью согласна, — произнесла я.
Неожиданно телефон Фиби зазвонил. Я моментально взяла свой, и проверила, нет ли пропущенных вызовов. Ничего. Пусто.
Как у меня много друзей!
— Да… Да, не против… Вы уже звонили? … Отлично! … Будем ждать! — сказала Фиби в трубку. Я подняла брови.
Черт, только чтобы не…
— Эй, малышка, к нам наши кузены приезжают! Радуйся, они приезжают и будут здесь до четверга!
— Только не это!
Нет, ну ещё восемнадцатилетнего парня я вытерпеть смогу, но двоих пятилетних близняшек…
Я, если честно, совершенно не умею ладить с детьми. Я даже ненавижу их. Я просто их ненавижу. Никогда бы не завела себе ребенка.
— Да ладно тебе, они сняли квартиру, будут жить этажом ниже.
— О Господи, хуже ничего быть не может.
— С тобой невозможно нормально поговорить! — сказала Фиби, вышла из комнаты, а меня поглотила дневная рутина.
Наступил вечер. День меняется вечером, вечер меняется ночью, а ночь — утром. Такие повседневные вещи, но такие необычные и даже пугающие.
Завтра в школу.
Школа.
Нет, пожалуйста, нет.
Я не хочу идти туда, и не хочу идти куда-либо ещё.
Я просто хочу уснуть.
Я хочу упасть опять.
Упасть в пропасть.
Чертовски этого хочу.
Глава 13.
«Живи, мир — это твой разум, твои поступки. И неважно, какой у тебя возраст. Главное - это твои помыслы и душа».
Странно, но в один миг всё исчезло. Свет погас. Ничего нет — меня, Фиби, «друзей», родителей.
Я не знаю, что я и кто я. Я голос? Я мысли? Я не вижу ничего. Я ослепла?
Я Дженнифер? Дженн? Дженна? Кто я?
Я предмет? Неодушевленный?
Я существую? Я дышу, чувствую? Я смогу когда-нибудь понять, что со мной, черт возьми!
Шоссе. Темно.
Людей нет. Никто никогда не скажет тебе привет. Никто не рассмеется. Никто не пожмет тебе руку. Никто не поцелует тебя, так вкусно, и так терпко, что ты забудешь обо всем. Никто не обнимет тебя, когда ты, плача, будешь проклинать весь мир. Никто тебе не скажет приятных слов, от которых тепло будет разливаться по венам.
Никто. Никто. Никто.
Ты одна. Единственная.
Мир, Вселенная — странные понятия. В один момент у тебя есть всё, а в другой - ничего. Кто-то тебе улыбается, обнимает, целует тебя, а на следующий день он умирает. И всё. Конец. Мир остановился, Вселенная прекратила существование.
Кто я?
Кто я?
Кто я?
Никто.
Кто-то.
Тук-тук.
Привет.
Скажешь мне что-то?
Ответь, кто я. Я разум? Я человек? Я мысль? Я мимолетный прохожий? Предмет? Чувство? Прощение? Конец? Окончание? Кульминация? Завязка? Портрет? Ванная? Душ? Мойка? Мусор? Любовь? Душа? Игра?
Я — никто. Я просто воспоминание. Я не полноценный человек, я всего лишь ржавый механизм, который не будет работать.
