«Я уже не та девушка, которую ты обижала ранее.
Я сильнее».
— Извини меня. Я не знаю, в чем провинилась, но извини. Если я когда-либо причинила тебе боль, страдания, горечь, — извини. Мне жаль, что я сделала что-то не так, а если и не сделала, всё равно прости меня. Прости за то, что я появилась в твоей жизни. Я не нарочно. Я не хотела ничего портить. Но всё равно извини. Я не старалась делать всё лучше и лучше, поэтому извини. Извини меня за то, что появилась на этот свет. Я не хотела. Просто не хотела. Ты же видишь, что я какой была, такой и останусь, и меня не исправить. Если я когда-то причинила тебе боль, то причиню и ещё, поэтому, извини. Я не хотела. И сейчас не хочу, — я перевела дыхания, и опять взглянула в эти пустые, голубые глаза. Такие красивые, но ничего нет внутри. Только пустота. — Мне жаль, Крисс, мне жаль. Возможно, нельзя ничего исправить, но я говорю это искреннее. Я просто не хочу, чтобы ты запомнила меня такой, какой запомнила сейчас. Мне не надо быть лучше. Я не стремилась быть лучше тебя, просто знай это. Ты всегда была лучшей. Довольна? Всегда. Я никогда даже не претендовала на твое место и не хотела на него претендовать. Но если я допустила повод сомневаться во мне, то извини, просто извини. Извини. Я не нарочно. Всё это время я — была не я. И это всё только моя вина, так что извини…
Меня резко взяли за руку, я даже не успела опомниться, только мельком увидела, как Ник уводит меня из кафетерия.
Я постаралась вырвать свою руку, но ничего не вышло, и я покорно пошла с ним в коридор. Его глаза были наполнены злостью, нет, даже, можно сказать, яростью. Как будто все его чувства собрались воедино и отразились на его лице.
— Зачем ты это говоришь? — сказал он.
Я не сразу поняла суть вопроса, мне даже показалось, я ослышалась.
Быстро взяв себя в руки, я спросила, будто не понимала его фразы:
— Что?
Я не знала, что он хочет сказать мне своим поведением, и это меня начало напрягать.
— Зачем ты это всё сказала Крисс? — переспросил он. — Зачем? Знаешь, как это звучало? Как слова из предсмертной записки.
Я увидела кое-что на его лице. Его глаза предательски светились, будто он плачет. Я тряхнула головой и ещё раз присмотрелась, но действительно. Он… плачет? Из-за меня? Из-за МЕНЯ?
— Это не так, — прошептала я, мои глаза словно увеличились, я не верила им.
Для меня это было как-то в новинку.
— А как? — он покачал головой. — Она всю жизнь издевалась над тобой, а ты что? Ты извинилась перед ней? Кто должен был извиняться, так это она.
— Она этого не сделает.
— Если она это не сделает, это всё равно не значит, что это должна делать ты.
— Почему?
Мои глаза тоже начали слезиться. Я не знаю, почему, но меня эта ситуация очень разозлила. По-моему, я сделала всё правильно. Я так считаю.
— Она не права.
— И что? В чем я провинилась?
— Вот именно — ни в чем. Зачем ты просишь у неё прощения? А главное, почему? Она всю жизнь калечила тебя, издевалась над тобой, можно сказать, сделала тебя в глазах других хуже. А ты ещё и извиняешься перед ней.
— Я уже давно простила её.
— Но она не заслуживает этого, — возразил Ник.
— Все заслуживают быть прощенными. Знаешь, я, возможно, сделала и неправильно, но я и не отрицала этого. Я ничего не понимаю. Я не понимаю, какая у меня опухоль, сколько мне осталось жить. Я даже не знаю, хочу ли я этой операции, нужно ли мне это. Лучше уже было бы умереть.
— Не говори этого.
— Разве я сказала не правду? Так и есть.
Секунда — и Ник сжал меня в объятьях. Я забылась, но буквально на минуту, а потом осознала, что делаю. Мне было бы легче без него.
«Без него».
— Ты не понимаешь. Ты ничего не понимаешь.
Я вырвалась из его объятий и побежала, куда глаза глядят. Я бегу, бегу, бегу, не оглядываясь.
«Я начинаю бежать, бежать что есть силы, я уже не думаю про какие-то приоритеты, судьбу, будущее. Я думаю об этом дне. Об этом мгновении. Я бегу, бегу, бегу. Я чувствую её. Я чувствую свободу. Пускай, она будет короткой. Потом я приду домой, опять будут крики, ссоры и другие передряги. Но это будет потом. А для меня главное сейчас».
Воспоминания ударяют мне в голову, но я не перестаю бежать.
Я бегу, бегу, бегу, бегу, не переставая.
Люди оглядываются, смотря на меня. Но я, не обращая внимания, продолжаю бежать.
Я смотрю на дорогу. Какой-то парень переходит её, а со стороны я вижу машину, которая надвигается на него.
Всё происходит как в замедленной съемке.
Я бегу. Продолжаю бежать.
— Берегись! — закричала я.
Я откинула парня в сторону и мельком увидела машину передо мной. Дальше жгучая боль в голове и звон бьющегося стекла. Как будто я прорвалась в какую-то дыру, огромную, черную дыру, с которой не смогу возвратиться обратно.
«Умираю? Это конец?»
«Да, скорее всего».
Я лечу. Всё смешалось. Всё вокруг в один миг запылало огнем, а в другой миг я уже лечу. Я просто лечу, не останавливаюсь. Я проваливаюсь во тьму, которая никогда не была пропастью, это просто тьма.
Темнота.
Сознание угасало.
Остался мрак, жуткий, черный мрак и темнота… Это конец.
И лицо Адама прямо передо мной, такое четкое, словно на фотографиях. И всё. Смерть…
