— Посмотри на меня, — сказал он, и я нехотя посмотрела в его глаза.
На его лице отражались разные эмоции: и страх, и надежда, и ласка. Я не знаю, каково это, испытать столько разных чувств в одночасье, да и не хочу испытать.
— Я же знаю, что ты хочешь, — утвердил парень, — я знаю, что ты хочешь быть со мной, — я ценю его искренность, но то, что он говорил, действительно была страшная правда, которую мне сейчас же, сию минуту требовалось оправдать, скрыть, запрятать в глубины моего подсознания, чтобы ни один из людей не мог узнать мои настоящие мысли. — Я ведь прав, Дженн, — продолжил он, но я упрямо старалась не отвечать. — Скажи, что я прав.
Я отрицательно пошатала головой, мне не хотелось скрывать правду, и давалось это с трудом, но я должна была.
«Должна была, потому что я недостойна, быть с ним в свои, возможно, последние дни жизни».
— Понимаешь… Всё гораздо сложнее, чем кажется на первый взгляд. Я не отрицаю того, что, возможно, я бы и захотела этого, но это не имеет смысла, — я ещё раз тряхнула головой, будто пыталась убедить себя, что если я буду прятаться от своей судьбы с Адамом, то я никогда не узнаю, каково это - быть настоящей.
— Так давай упростим задачу, — сказал он, и по его голосу было понятно, что он настроен решительно. — Ты уедешь со мной.
— Что? — я отчаянно завертела в головой, не веря, что он сам может попросить об этом. — Нет… Я не могу… Я не должна, — пыталась оправдаться я, но слишком поздно поняла, что ситуация утратила контроль.
Парень посмотрел на меня, усмехаясь, сильнее сжав мою ладонь.
— Что? Что такое? — не поняв причину смеха, спросила я.
— Знаешь, ты такая… Такая смешная, когда пытаешься отрицать правду, — сказал парень, и уже не мог воздержаться от смеха.
Я, окончательно разозлившись, процедила сквозь зубы:
— Ты… Ты ещё и смеешься! — прошипела я от гнева, который бурлил во мне, затем выдала обреченный вздох.
Парень, наконец, успокоился.
— Ты очень забавная, — произнес он.
— Так я ещё и забавная! — теперь уже с неприкрытой презрительностью воскликнула я.
— Это был комплимент, вообще-то, мисс, — для Адама всё это было смешным, но мне сейчас же захотелось убрать любым способом эту ухмыляющуюся физиономию с его лица.
— Зачем я нужна тебе? — решив сменить тему, на полном серьезе спросила я. — Я не верю в этакие штучки, которые обычно говорят девушкам.
Он посмотрел на меня исподлобья, и мне уже хотелось выкрикнуть: «да, я не так маленькая девчонка».
— Ты осталась такой же, какой была в детстве, — задумчиво произнес парень, у меня едва не отвалилась челюсть. — Ты до сих пор умеешь постоять за себя.
— Ну, извини, какая есть, — сказала я, стараясь не обращать внимания на его завораживающие, зеленые глаза.
— Зачем? Можно задать тебя встречный вопрос? — спросил парень, и я полностью потеряла дар речи. Ещё несколько секунд я смотрела на него в упор и пыталась придумать ответ, который был бы самым убедительным в этой ситуации.
— Я… Я… — неведомая волна захлестнула меня; ранее я всегда умела контролировать себя, в независимости от обстоятельств, но, похоже, это исключение.
Адам уставился на меня, в ожидании ответа.
— Я не говорила, что ты мне нужен.
Он хмыкнул.
— Ты же меня вспомнила, — сказал парень, я сначала не поняла, что он имел в виду. С этими обстоятельствами я совершенно забыла об амнезии, об аварии. Память будто вновь покидала меня.
— Ты прав, — вздохнула я. — Ты всегда был прав. Я действительно скрываю свои чувства. Ты действительно мне нужен
Парень был ошарашен этим признанием.
— Ты прав, — повторила я, — я хочу уехать с тобой.
* * *
Сейчас мы едем вперед. Я не спрашиваю куда, мне это совершенно неважно. Адам сидит за рулем, а я, тем временем, рассматриваю его.
Когда я смотрю на него в свете солнца, мне кажется, что он ещё никогда не был так красив. Его глаза завораживают, а его сосредоточенное лицо тем более.
Что-то я отвлеклась.
— Я чувствую твой взгляд, — сказал он, из-за чего я невольно прыснула со смеху.
И знаете, я не скучаю. Ни по родителям, ни по сестре, ни по своей школе, мне абсолютно всё равно.
Я вижу перед собой Адама, и мне достаточно этого, чтобы понять, что я не одна. Что у меня есть опора. Что у меня есть мой любимый человек, которого я не устану ждать вечность, которого я не устану ждать всю свою последующую жизнь.
От того, что он со мной, мне сразу становится хорошо. Я будто освобождаюсь, опускаю свои барьеры, и то, что ограничивало меня всё это время — исчезает, и я, наконец-таки, могу вздохнуть полной грудью, не боясь при этом, что не смогу скрыть свои чувства от окружающих.
Я хочу жить, потому что знаю, что он
и
есть
моя
жизнь.
— Почему ты ничего не спрашиваешь?
— А что я должна спрашивать? — недоуменно спросила я.
— Ну, например, куда мы едем… А вдруг я маньяк и хочу украсть тебя? — я рассмеялась с его предположения. — У меня есть одно местечко, — сказал он.
— Местечко? — я игриво поиграла бровями.
— Знаю, звучит глупо, — покачал головой Адам. — Но я уверен, тебе понравится.
— Ты со мной, — обняв его, подумала вслух я, — что может быть лучше?
