— А тебя так смущает их общество? Не бойся, пташка, Рэт получит место в первом ряду. Ты же не хочешь, чтобы такое событие осталось без должного внимания, — тут Феликс очень красноречиво поднял брови. Вот шельмец, хочет и треугла погладить, и огнежара не упустить.
— Я буду следить за вами, — мрачно пообещал Драгоций, — просто помни об этом.
Все расступились, и я поняла, что надо шагать вперед. Вперед, где была расчищена ровная круглая площадка и уже ждал Феликс. Мои пальцы мазнули рукав Рэта, а потом сжались в кулак. Если я чему-то и научилась за эти месяцы, то пора это показать. Не бойся быть сильной.
Мы встали друг против друга. И в этот момент стала понятна вся нелепость ситуации. Подтянутый, готовый к атаке Феликс, один из старших учеников, и я. Маленькая серая пташка, попавшая в когти треугла.
Он сделал шаг ко мне. В его руке блеснула стрела, а потом яркая красная вспышка резанула по глазам. Мне хватило прыти отскочить и выставить впереди защитный эфер. С потолка полетела пыль. Я откашлялась и стала наблюдать за Драгоцием. Кажется, он решил драться по-настоящему. Если проигрываешь сопернику в силе, то уверь его в этом, а потом нанеси удар. Все голоса смазались для меня, превратившись в далекий фон. Осталось только пламя на конце чужой стрелы и ровный круг арены. Я сделала легкий выпад и сама послала в Феликса цепочку шипящих огней. Они разбились о щит, даже не оставив следа.
— Так мы ничего не решим, — устало сказал Драгоций, а потом скорость его атак выросла на порядок.
Я ушла в глухую оборону, только и успевая, что ставить блок. В какой-то момент кисть хрустнула и стрела отклонилась на пару градусов. Щит получился со смещением.
— ГРОМ! — крикнула я, так как времени думать не было. Мое личное слово послушалось и накинулось на Феликса сотней шипящих искр.
Серебристый поток сжатой силы хлынул из стрелы, смешиваясь с остатками щита и погребая под собой чужие атаки. Это была лавина, лавина, которую сотворила я. Вокруг все стихло. Кто-то пару раз хлопнул в ладоши. Это был Рэт, даже спиной ощущался его прямой взгляд. Миг моего триумфа разлился в воздухе тревожным перезвоном. И в этой сладости легко было потерять голову.
— Не опускай стрелу! — чужой оклик вышиб из меня воздух.
Я едва успела отбить первые белые комья, летящие в лицо. Феликс поставил ступенчатый эфер. Такой проходят только на старшем круге, а в некоторых школах и вовсе исключают из программы. Он позволяет одновременно сотворить две ветки времени, в каждой из которых применить свой эфер. Маров….
Где-то сверху раздался грохот и перезвон. Но я почти не обратила на это внимание. Мой гром слабел, превращаясь в белесые росчерки. Одна из градин больно ударила по щеке, а потом другая врезалась в коленку. Острая боль спицей прошла сквозь сустав. Я видела, как мой прекрасный серебряный купол опадает, как он медленно умирает, оставляя в своем нутре морозные раны. Нет. Нет. Я не хочу. Впервые мне до безумия хотелось не проиграть.
Я прошептала числовое имя, стремясь отдать эферу все желание и волю. Если в этом мире и существовала справедливость, то за нее нужно было бороться. На секунду гром усилился, вновь отвоёвывая себе место. Град с треском разбивался о его хребет. Я бросила короткий взгляд через плечо, туда, где стоял Рэт. И его губы что-то орали мне.
Это произошло быстро. Я даже не успела устоять, как по ногам наотмашь ударил невидимый хлыст. А потом голову резко дернули вверх так, что глаза обожгли слезы. Я часто задышала, стремясь встать. Но чужая рука лишь сильнее потянула за волосы.
Феликс нависал сверху, и его улыбка резала лучше наточенной стали.
— Мы неплохо постарались, — прошептал он, — пожалуй, можно перейти и к более приятным вещам.
Горло стало настолько сухим, что слова лишь царапали его, не вырываясь наружу.
— Ну-ну, не думала же ты, что я упущу такую прекрасную возможность. Как я сказал тогда твоей копии… Живая ты многим лучше.
Я краем глаза увидела, как Рэт прорывается вперед. Но кто-то (Дир?) придерживает его. Дальше все поплыло, так как Феликс сгреб все волосы в кулак и дернул, словно хотел снять скальп. Я прикусила губу, захлебываясь стоном. Что-то еще должно остаться. Время, как будто и не было этих месяцев и испытаний, как будто я вновь та самая девчонка на берегу озера.
— Вред! — окрик Рэта заставил Феликса поморщиться, но, кажется, это лишь подстегнуло его.
— Ну что же, ты сам выбрал ей учесть, — что-то холодное обожгло шею, — говорят, кто девку обстриг, тот ее и…
Меня перестало держать, и тело полетело вниз, на плитки. Вокруг посыпались темно-коричневые пряди. Это… мои волосы. Я ошарашенно провела по затылку, но рука задела пустоту. Багряная пелена ударила в висок. Что-то дикое и звериное вырвалось из горла, а потом я крутанулась на месте и увидела Феликса, сжимающего остатки моей косы. Толстой, блестящей и до дрожи родной. Маров мерзавец.
