Дни потекли все быстрее и быстрее, уносясь вдаль пожухлой листвой. Василису взяли в оборот и придумывали ей все новые задания: помочь на кухне, разгрести чулан, убраться в погребе, как-то раз ее даже Аннета к себе позвала. Девушка роптала, но работу исполняла исправно, что было удивительно, зная из какой она семьи.
Как-то я не удержалась и спросила:
— Ты же жила на Эфларе в собственном родовом замке.
— Поверь, многим больше я прожила в тесной комнатушке, деля ее с двенадцатью кошками.
Я промолчала, но решила, что на Эфларе очень странные методы воспитания.
Еще мне удалось пару раз пересечься с Фэшем, к которому приставили Юсту. Та кружила над ним, словно треугл — над куском свежего мяса. Было видно, как Драгоцию хочется снять стрелу и остановить девице время.
— Эй, Юста, тебя госпожа Зарри зовет, — я прислонилась плечом к стволу.
Сад уже порядком замело, и каждое утро приходилось расчищать тропинки, ну или Александр отматывал им время, если хотел размяться. Я схватила с ветки пригоршню снега, комкая его.
— Ну и жах с ней, — заныла Юста, — что, срочное что-то?
— А мне почем знать. Просила — передала.
Фэш скривился за спиной Столетт. Я закончила со снежком и метко пустила его в Драгоция. Тот сделал шаг в сторону, отчего мое творение потонуло в сугробе.
— Постоишь тут, а то наш гость, — девчушка наигранно понизила голос, — уже пару раз пытался дать деру… Михель Обещал собак в следующий раз спустить.
— Пусть только попробует, я заэферю их раньше, чем они примут стойку, — усмехнулся Фэш.
— Ну-ну, за такое уже сам Михель тебя заэферит.
Юста скрылась, и мы остались с Фэшем одни посреди засыпающего сада. В отдалении слышались веселые крики — наверное, дети играли в салки. Я поежилась. Драгоций окинул меня тяжелым, задумчивым взглядом.
— Ты уже своей для них.
— Тебе кажется. Меня терпят.
Драгоций усмехнулся и взялся за топор. Оказывается, они с Юстой рубили засохшие деревья, чтобы отчистить сад и запастись на зиму дровами.
— А как… — Фэш замолчал, мило покраснев.
— Она на кухне, в тепле, не переживай.
— Юста рассказала, что ты уговорила Хронимару устроить Василису у себя, — он поправил сползающую шапку, — иначе бы ей достался холодный амбар… паршивые Столетты.
— Ну-ну, не возмущайся, — вокруг никого не было, но я все равно оглянулась, — тут за такое могут и палкой дать.
— О, жду не дождусь. Я видел местных парней. У них есть шанс, только если мне предварительно остановят время.
Ну да, «местных парней» в отличие от наших не учат махать времмой от рассвета и до зари.
— Василиса сказала, что тебе досталось от учителя… прости, — я отвела взгляд. Не знаю почему, но перед Фэшем мне часто бывало стыдно. Наверное, потому что я, как и все, не видела для него другой судьбы, кроме выбранной Астрагором.
— Пустое… это не первый раз, когда я разочаровал его, — Фэш коротко и зло хмыкнул, — и не последний.
— Но почему? Почему ты так…
— Почему я так не хочу отдавать свое тело?
Я оцепенела. Драгоций откинул топор, и его голубые глаза казались темно-синими.
— Фэш… я не о том.
— Дай мне отдохнуть от девчачьего трепа хоть пару минут. Прошу тебя.
Я втянула голову и примолкла. Фэш махал топором с такой силой, словно рубил не сухое дерево, а вражьи головы. Его лицо при этом оставалось бледным и сосредоточенным. Но все же… все же я не верила, что у него есть шанс… не против Астрагора.
— Знаешь, какой сегодня день?
— М-м-м… — я помотала головой, — последняя декада осени?
— Праздник Огней.
Ах, да. Один из главных праздников для Столеттов, когда вся деревня уходит на ночь в горы, купается в родниках и гадает по расшитому звездами небу. Я встретилась с Драгоцием взглядом, и по спине пробежалась мурашки.
— Ты же не хочешь…
— Сбежать, — одним губами повторил Фэш, — сегодня наш с Василисой шанс. И твой.
— Великое время… это безумство. Вас поймают и…
— Нас не поймают. Если ты не будешь болтать.
Я подступила к парню, чтобы сказать все, что думаю о таком плане. Бежать. Бежать по чужому, продрогшему лесу. Живо вспомнились мои блуждания, и все тело затрясло. Нет, нет, снова терпеть холод, голод и бессонные, наполненные чавкающими звуками ночи… нет.
— Драголис служит ей.
— Когда эта карга вернется, наши следы уже давно остынут.
Фэш смотрел на меня с нескрываемым превосходством человека, уверенного в каждом своем слове. Я не знала, как бороться с таким.
— Я не стану помогать в таком.
Меня смерили убийственным взглядом.
— Если проговоришься кому…
— Остынь, Фэш. Выдавать я вас тоже не буду, но…
Послышался хруст снега. Мы сделали пару шагов друг от друга, пока на поляне не показалась румяная Юста с корзинкой. Та была прикрыта полотенцем, и от нее поднимался белесый дымок — наверное, обед.
— О чем болтали?
— Ни о чем, — буркнул Драгоций, даже не удостоив гостинец взглядом. Он снова схватился за топор, отойдя от нас.
— Мальчишки, — подмигнула Юста, — жуткие вредины.
