Я вынырнула, отхлебываясь и тяжело дыша. С моей стрелы слетела пара болевых эферов, которые ушли в темные глубины озера, вряд ли найдя цель. Сейчас я уже не думала о том, как спасти Геллу, выплыть бы самой.
— Рэт!!! Русалки! — остервенело орала я, срывая голос. Моя стрела мерцала в темноте, пуская багряные вспышки. Берег, почему он так далеко… Мои ноги запутались в водорослях, и я снова ушла под воду. Струя пузырей вырвалась изо рта и носа. Но страх гнал меня вперед.
— На сушу! Ты нашла ее? — наконец, разрезая туман, с неба упал Драгоций, тоже вооруженный стрелой, на острие которой полыхало черное пламя. Мара, никогда ничье появления еще не радовало так сильно.
— Да, ее утащили на дно! Вон там она была в последний раз, — я размашисто махнула в нужную сторону и побежала в безопасность.
Спину окатила волна брызг, видимо, Рэт нырнул в озеро, кишащее русалками, чтобы найти там тело утопленника. В то, что Гелла раскроет глаза, я не верила.
========== Глава 4. Под твоими шагами мои следы ==========
И я стану тебе крылом, стану острием или щитом в твоих руках. Только держи меня крепко да не позволь усомниться.
Из сборника «Полвека Эфларской поэзии».
Прийти в себя я смогла только на берегу. Ноги дрожали, с волос и одежды капала холодная вода, дышать все еще удавалось через раз. Мое тело безвольно упало на песок, а глаза до сих пор видели ускользающую руку. Она была так близко… Надо было только держать покрепче. Захотелось выть на весь лес.
Сил даже на простое согревающее заклятье не было, я лежала на берегу, ожидая, чем завершится подводная схватка. Маров туман все еще витал над водой, и из-за него не было видно ни зги. Все мои чувства обострились до предела, и я стала одной сплошной головешкой, выпавшей из костра и стремительно превращающейся в угольки.
— Он сильный, его выбрал сам Астрагор, — мои слова растворились в шелесте деревьев. Даже самые сильные совершают ошибки, считая, что нет никого сильнее…
Я нажала на метку, пытаясь докричаться до Рока. Драгоций ответил сразу же и молча выслушал мои путаные объяснения — скоро он будет рядом. Только бы с Рэтом ничего не случилось… Это же не его вина. Время, кто знал, что Геллу понесет в озеро. Это все она, она одна сгубила себя.
Прошло еще немного времени, и туман задрожал. Я вскочила с песка, вглядываясь в выступающий силуэт. Во мне проснулась надежда, что Рэт спас девочку, вырвал из когтей русалок и сейчас опустит передо мной ее трепещущее тельце с открытыми ясными глазами.
Мне хватило силы сотворить небольшой огонь и поджечь сухую корягу на берегу. Пламя наполнило округу живым, успокаивающим треском.
Из озера шатающейся походкой вышел Рэт, неся на руках Геллу. Девочка куклой повисла у него в объятьях. С них текла вода, и лицо Рэта кривилось — его рукав сильно почернел и висел ошметками. Я бросилась к ним, чувствуя, как глаза начинает щипать. Только бы все обошлось, мара, только бы это все закончилось.
Рэт аккуратно опустил Геллу и провел над ней часовой стрелой. Я заставила себя взглянуть в бледное лицо девочки, а потом опустить взгляд ниже и снова подняла на лицо. В желудке скользким узлом свернулись остатки ужина, и привкус желчи обжег рот. Никакое высшее часодейство тут не поможет. Я не видела лица Рэта, но знала: он тоже это понимает.
— Ты ранен, твой рукав весь в крови.
Драгоций кинул рассеянный взгляд на свое плечо, словно только сейчас заметил рану, но продолжил молчать, выводя перед застывшим лицом девочки непонятные мне знаки. Я опустилась рядом с ним, как никогда, чувствуя чужую слабость и беспомощность. Время, почему у меня не хватило сил все исправить… Почему он летел так долго. Но сейчас надо найти в себе кого-то другого, сильного и способного поступить правильно.
Мои руки опустились на лицо Геллы, мокрое и твердое, как мрамор. Я закрыла ей глаза, даря частичку своего тепла — больше нам нечего ей дать. Рэт поднял на меня голову, и наши взгляды пересеклись. Мы так ничего и не сказали друг другу, но сейчас это молчание роднило нас куда сильнее десятка пустых фраз. Пролитая кровь, разделенная пополам, невидимыми пятнами горела на руках. Вина, бессилие и смирение с неизбежностью — первый суровый урок, который преподал Змиулан.
Рэт дернул больным плечом и резко вскочил. Пошатываясь, он направился к озеру, выпуская искры мощного эфера. Я растерянно следила за ним, все еще сидя рядом с Геллой. Драгоций направил стрелу прямо на середину проклятого озера, скрытую плотным туманом, и поток черного пламени накрыл всю водную поверхность. Я никогда не видела ничего подобного: огонь бушевал, диким зверем разрывая ткань времени. Все вокруг тонуло в его отблесках, и фигура Рэта, объятая пламенем, плыла перед глазами. Он не хотел оставлять в озере ничего живого, и я тоже.
В метре от меня опустилась крылатая тень. Это был Рок, рядом с ним приземлился Войт и еще пара учеников. Я смотрела на них, как на пришельцев из другого мира. Что они могли сделать или понять? Это не они держали ее за руку, не они вынесли на берег и закрыли глаза. Рок склонился над Геллой и стал еще мрачнее, чем обычно.
