— Прекрати лепетать, у меня начинает болеть голова. Время посмеялось над твоим отцом, и само раскрыло то, что он хотел утаить. Поэтому я не зол, мне досадно… Досадно, что нельзя верить даже собственной крови. Но такие сейчас времена, Вельга. Дочь отрекается от мертвого отца, чтобы учитель не разочаровался в ней.
— Так Вы не сердитесь на меня?
— Что ты, дорогая… Скажу больше, ты меня очень порадовала. Возможно, тебе удастся сделать то, что испугало Верда. Да, пожалуй, это было бы забавно, — взгляд Астрагора потерял остроту и стал задумчивым.
— А что с Геллой? Кто все-таки виноват в ее гибели.
— Жаль, нельзя спросить об этом Верда. Придется проводить расследование и разбираться, от чего моя ученица полезла в воду, кишащую русалками.
— Но Вы, — мне хватило смелости продолжить, — уже все знаете, верно?
— Ступай в свою комнату. На завтра я освобождаю тебя ото всех занятий, — мне осталось только поклониться и направиться к дверям, где меня снова окликнули. — И вот еще… Скоро к нам прибудет очень необычная гостья. Постарайся с ней поладить.
В голосе учителя послышался жесткость и даже злость. Кем бы ни была эта гостья, Дух ее очень не любил. И тем меньше мне хотелось иметь с ней дело.
В коридоре я столкнулась с Рэтом. Он выглядел очень измотанным и озадаченным. Но хотя бы его руку стягивал белый бинт, а мантия выглядела сухой. Он внимательно вгляделся в мое лицо, стремясь понять, чем обернулся мой разговор с учителем. Я ответила ему таким же сканирующим взглядом, но потерпела неудачу: Драгоций отвернулся и прошел мимо. Видимо, не одна я обросла сегодня долгом. Интересно, что мог потребовать Астрагор от Рэта? Только бы не кровавую плату.
Я с размаху упала на свою кровать, наконец, позволяя телу расслабиться. Мне еще ни разу не было так паршиво, даже когда я сломала руку, даже когда Феликс валил меня на экзамене под одобрительные смешки собравшихся, даже когда заблудилась на своей первой вылазке в Драголисе и плутала по лесу всю ночь… Дочь изменника, предателя. Что может быть хуже? Отец хранился в памяти размытыми мазками. Пара серых глаз, до дрожи напоминающих мои, резкий очерк скул и спокойная уверенность в движениях. Рядом с ним было безопасно, он как будто сдерживал весь мир, чтобы мы с мамой жили спокойно. Но теперь эти осколки летели мне в лицо. Нет, он допустил ошибку, но я всегда буду верна Духу, и имя Верда Драгоция забудется.
Сон спас меня от раздумий, укрывая своими темными крыльями от всех бед и переживаний. Чернота вытеснила любые другие силы из головы, и я с радостью приняла ее.
Разбудило меня настойчивое вибрирование браслета. Я пару раз моргнула, вспоминая, где нахожусь и почему валяюсь на кровати в одежде и сапогах. Минуту я так и лежала, приходя в себя и не реагируя ни на что.
Мой браслет снова задрожал, и этот противный писк окончательно вывел меня из забытья. Мне писала Захарра и очень настойчиво требовала встречи. Нет, как мне не хочется никого видеть… Просто забудьте о моем существовании, оставьте в покое. Но это была Захарра, а я слишком устала, чтобы сопротивляться. Мы договорились, что она придет ко мне, как закончит некоторые свои дела.
Драгоций явилась очень быстро, по-хозяйски войдя в комнату и уставив на меня свои внимательные карие глаза. Я жалобно хлюпнула носом.
— Тебе надо согреться и поесть, — Драгоций крепко ухватила меня за руку и потащила к камину, где накинула на плечи пуховое одеяло, затем начасовала горячую чашку чая и пару бутербродов. Время, как мне хотелось есть. Чай приятно обжег горло, постепенно возвращая к жизни.
— По замку такие слухи ходят. Рок же ничего нам толком не сказал, обмолвился лишь, что Гелла больше не будет с нами учиться… Все сразу же стали думать почему, что произошло. А мальчишки, что с вами летали, ничего вспомнить не могут. Я очень испугалась, что и тебя в это втянут. Или уже втянули? — Захарра пытливо посмотрела мне в лицо. Но оно было серым и вялым, не выражавшим ничего.
— Поверь, на твоем месте я бы держалась от всей этой истории подальше. Это как болото, ты ставишь одну ногу, а через секунду тонешь с головой.
— В такие моменты друзья обычно протягивают руку и помогают выбраться.
Я перевела удивленный взгляд на Драгоций. Друзья. Неужели, она, правда, так думает или просто хочет меня успокоить.
— Хорошо, я все расскажу. Только сама понимаешь, что больше никто этого услышать не должен. И постарайся не перебивать меня с вопросами.
Мой рассказ получился коротким и отрывистым. Пришлось о многом умолчать: о подробностях моего разговора с Астрагором, о стреле, о помощи затерянных. Захарра некоторое время молчала, обдумывая мои слова.
— Да-а-а, вот это вы натворили… Но старшие тоже хороши, как можно посылать вас на озеро, кишащее русалками и даже не сказать об этом! А еще эти затерянные и туман. Ставлю сто эфларов, что он мешал часодейству и не позволял Рэту тебя услышать, иначе бы он успел.
