На это он ничего не ответил, а лишь медленно пошел куда-то. Шкаф для одежды был внутри белой стены, покрытой белым пластиком. Я повесил туда куртку, снял боты и осторожно наступил на теплый пол, покрытый коричневым ламинатом. В воздухе почему-то витал легкий аромат духов. Или мне это показалось. Веня пригласил меня в свою комнату и я ахнул еще раз. Она была очень просторной. Светло-желтые приятные глазу стены, снежно-белый потолок, по углам бежит лепнина, темный, близкий к черному, почти зеркальный пол. Наверное, виниловый? Я не строитель, не разбираюсь в этом. Сразу после входной двери стояла большая двухспальная кровать с балдахином. При этом какого-то строгого дизайна, что не выглядела «девчачьей». По правую руку стоял двухместный диван апельсинового цвета, перед ним стеклянный столик. В углу письменный стол цвета светлого ореха, на котором стоял компьютер-моноблок, а над столом были книжные полки. На противоположной дивану стене висел большой жидкокристаллический телевизор. И вдоль всех стен развешаны какие-то фотографии. Часть дизайнерского умысла?
— Веня! Это охренительно! — воскликнул я, растеряв скромность и осторожность. — Почему ты мне не говорил, что живешь в таком дворце?!
— Да разве это во дворце? — скромно удивился Веня. — Вот был у меня друг, который жил в старом доме на Мясницкой…
— Откуда это у тебя? — не унимался я.
— Ты на машине? — Веня решил перевести разговор в другое русло.
— Нет, а что?
— Значит, будешь, — вздохнул он и куда-то пошел.
Пока я был один, то решил изучить комнату внимательнее. Сперва подошел к фотографиям на стене и начал их рассматривать, деловито сцепив руки за спиной. На фотографиях был Веня, много Вени. Веня спит, Веня ест, Веня с подружкой, Веня в бассейне, Веня на фоне пирамид майя, Веня на фоне Запретного города, Веня куда-то едет в поезде, Веня бухает с каким-то типом на фоне флага Бельгии, Веня за рулем чужой машины, Веня в ночном клубе, Веня… со мной в какой-то пивной. Я подошел поближе и вспомнил, что это прошлогодняя фотография, когда мы отмечали мой день рождения. Ах, а ведь как он себя любит! Мне бы никогда не пришло в голову вешать в комнате свои фотографии в таком количестве. Да и у меня, если честно, почти нет фотографий. Обычно меня кто-то где-то снимает за компанию, а потом по мылу фотки шлет и они пылятся у меня на жестком диске.
— Ну как? — спросил Вениамин с сияющей улыбкой на лице и с бутылкой запотевшего «Егермейстера» в руке.
— Я в шоке, — признался я. — У меня все больше и больше вопросов…
— Садись, — вздохнул хозяин квартиры и кивнул на двухместный диван.
Я послушно сел, а он поставил ликер на стеклянный столик, рядом с валявшимся там журналом «Men's Health». Почему-то я уже успел забыть, что существуют бумажные журналы и их кто-то даже читает. Потом он притащил два стакана и бутылку «Спрайта».
— Запивать? — скромно уточнил я.
— Дурачок ты, Виталик, — расхохотался Веня. — «Егермейстер» смешивать с чем-то надо.
— Так! — воскликнул я, наблюдая как он открывает бутылку. — Ты мне так и не ответил откуда у тебя эти хоромы? Дримволекством заработал, хочешь сказать?
— Это не мои хоромы, — устал вздохнул мой друг. — Это моей мамаши хоромы. А я всего лишь пользуюсь тем, что она дает.
— Я не буду пить, — каким-то обиженным голосом сказал я.
— Почему это? Выпьем, да заберешь этот шуруповерт… Мне не с кем «Егермейстер» пить. Думал, что вместе с Катькой выпьем, а эта овца уперлась, что она только шампанское будет. Вот он и стоит месяц в холодильнике.
— Бабы дуры, — мрачно произнес я к чему-то.
— Еще какие! — с удовольствием согласился Веня. — А давай твою Ленку с моей Катькой познакомим?
— Зачем это еще? — насторожился я.
— Ну как… Мы друзья, а они подругами пусть будут.
— Не будут, — отрезал я, так как более-менее имел представление о его пассии. — Слишком они разные. Стой, хватит меня с толку сбивать!
— А что такое? — смутился мой друг, разливая ликер, и удивленно уставился на меня.
— Зачем тебе нужна эта… работа? Дримволкером то? У тебя все есть, у тебя богатая мать, а ты какой-то ерундой занимаешься. Зачем тебе это все?
Веня нахмурился, налил к ликеру «Спрайта», сделал большой глоток. Потом встал с дивана, раскинул руки и произнес:
— Да потому что я не хочу от нее зависеть! Понимаешь?
— Не особо.
— Она у меня бизнесвумен… Держит сеть салонов красоты. Хотела меня в свой бизнес подключить. Но я не хочу в это вникать. Транссексуал что-ли чтобы этим интересоваться? — с обидой воскликнул он. — И, как я уже говорил, не хочу от нее зависеть финансово. Пусть хоть что-то, но будет мною заработано.
— Ха, — махнул я рукой и тоже отхлебнул смесь из «Спрайта» и «Егермейстера». Вкус был сильно специфический, что словами описать сложно. Но мне понравился. — Странную ты тогда работу нашел… Нет чтобы пойти продавцом в салон сотовой связи. А чего?! Я бы пошел.
— У каждого свое предназначение! — сказал Веня, строго глядя мне в глаза.