Полет курицы полностью

Я мог бы рассказать тебе про эту вежливость и интеллигентность, Женечка. Мог бы рассказать о временах, когда эта вежливость помогала эффективнее совать паяльник в жопы его жертв. О временах, когда наш общий босс был рэкетиром и о том, как завязал – после того, как его брата грохнули из-за территориальных разногласий представители оборзевшей на тот момент кавказской диаспоры. Он быстро адаптировался в «нулевые», поднял одну фирму, продал, основал другую, снова продал – разумеется, кинув по дороге на бабки немало терпил, – и потом уже выстроил «Дриминг Трейд». И производства купил он тоже по интересной схеме, но who cares now? Причем, все это я знаю не только от него, но и от его старых друзей. Нынешних бизнесменов, счет времени, проведенного с которыми у меня идет уже на многие часы, а то и на дни – преимущественно, не в деловой обстановке, а в загородных саунах с недешевыми проститутками, подход к которым я, повторюсь, совершенно не разделяю.

– Согласен, – говорю вслух и отпиваю пива. – За Сергея Борисовича, – отпиваю снова, глоток посолиднее.

А уж в то, что Женя никогда не хотела применить силу к кому-либо вышестоящему я вряд ли поверю. Только при мне дважды из ее рук коробки-сэмплы для pack-shot'ов летели в голову фотографов, дизайнеров и прочих. Как-то раз, по слухам из отдела рекламы, она швырнула в лицо сисадмину свою беспроводную мышь за двести долларов. В общем-то, в связи с этим в маркетинге «ДримингТрейд» с Женей не очень любят спорить, зная о ее склонности к насилию. Не лишним будет повториться, что это тоже указывает на величину яиц Жени по сравнению с вишневыми косточками Стаса.

К общему неудовольствию, подружка Жени выводит нашу компанию на разговор об искусстве. Во всяком случае, в ее плоскости – она рассказывает о том, как ее до глубины души поразила какая-то там новая бульварная книжонка. Я мог бы высказаться на этот счет, но не хочу пугать наивную девочку, которая не поняла до конца, куда попала и на каких правах, а Демчук и Андрей вряд ли читают больше, чем требуется для составления регулярных отчетов.

А вот Женя?

– А ты что читаешь, Женечка? – выстреливаю вопросом.

– Только техническую литературу, – довольно быстро находится Женя; а я-то рассчитывал, она хоть вспомнит пару авторов из школьной программы, все-таки специалист по маркетингу, интеллектуал. – Специализированная, по моей тематике. Она помогает развиваться.

– А как же художественная – современники, классики? – изображаю удивление.

– Мне она скучна, – пожимает плечами Женя. – Чего я там не знаю? Жизни надо учиться у людей.

– Ну, да, – усмехаюсь и поднимаю стакан. – Например, у меня. За мудрость и опыт, друзья.

Конечно, можно трактовать такую позицию Жени, как профессиональный цинизм, как вид мировосприятия, и все в таком духе. Но цинизмом чаще всего называют проявление здравого смысла, противоречащее общепринятой норме малодушия. А то, как сделала это заявление Женя, можно назвать разве что формой самолюбования и попыткой восхитить кого-то своим радикальным суждением. Наивной и глупой.

Все снова уходят покурить. Немного подавленный унылыми, хотя и сопровождающимися смехом разговорами, отхожу заказать немного острых закусок напоследок и попросить еще стакан темного нефильтрованного, чтобы не мучить этим официантку и прогуляться хоть куда-то, кроме как на улицу с прокуренной челядью.

Одновременно со мной к стойке подходит молодой, не больше двадцати пяти лет, парень в очках. Он заказывает стакан виски-швеппса и ждет рядом со мной.

– Вы как-то опечалены. Вас достало окружение? – неожиданно спрашивает он.

– Почти в яблочко, – удивленно отвечаю. – Это так заметно?

– С одного взгляда. Вообще, мы все устали от окружения, – продолжает парень. – От физического. Постоянно убегаем от него куда-то. Избегаем контактов.

– Бич эпохи, я полагаю, – пытаюсь поддержать философскую беседу, хотя не уверен, что настроен сейчас на этот лад.

– Просто сознательное волеизъявление, я Вас уверяю.

– Почему же? Считаете, это не обстоятельства делают нас такими? Не ритм жизни?

За последние полгода завязывается первая моя беседа на планке выше обсуждения вечернего выпуска новостей, и мне самому теперь будет не отлипнуть от этого паренька, какую бы пьяную чушь он ни стал нести.

– Была у меня знакомая, – рассказывает он. – Мы переписывались с ней три месяца. Прервались. Потом еще месяц. Не уверен, что мне нужно было больше, чем трахнуть ее. Даже скорее уверен в обратном. И вот – обстоятельства жизни меняются, время течет, а я…

Неловкая пауза.

– Так что с ней вышло, в итоге?