– Правильно засомневался. – Валерьич не сводил глаз с бутылочки в руке Тима. – Я больше скажу: мало кто сейчас знает, что это такое.
– Но вы-то знаете? – испугался тот. – Скажете мне?
– О да, я знаю… Но сказать, что это, не могу. Боюсь, как бы это знание тебе не навредило. Видишь ли, если ты будешь знать, что это за вещь, то погубишь свое будущее.
Тим нахмурился.
– Вы прямо как Яна Серебрянская. Она тоже нагадала мне всякого на картах и ничего не объяснила.
– Это что, на картах Тайстро? – живо заинтересовался Валерьич. – И какие вытянул?
– Звезду точно… – Тим наморщил лоб. – Ночь… А, ну да, карту Призрака.
Валерьич вытаращился на него ровно с тем же выражением, с каким всего несколько минут назад смотрел на бутылочку со звездой.
– Ты уверен, что это был Призрак?
Тим кивнул – эту карту он точно запомнил.
– Ну хоть немного расскажите мне, что это за звезда такая в стекляшке, – взмолился он. – Мы с Моржом очень серьезно рисковали из-за нее…
Но Валерьич покачал головой.
– Нет. Ты должен отдать эту стекляшку, как ты выразился, другому человеку. Я не могу взять на себя такую ответственность. А он… он может. – Валерьич глубоко вздохнул, словно ему было неприятно говорить на эту тему.
– Это кому же? – изумленно спросил Тим. – Йозефу?
– Нет-нет, его пока не вмешивай в это дело. – Валерьич пожевал губами, нахмурился, косо глянул на Тима и вдруг сказал: – Передай эту драгоценную вещь Тимуру Святову. Он точно знает, что с ней делать. А пока припрячь понадежнее. И больше никому не показывай.
Они вернулись к столу, но хорошее настроение Тима улетучилось. С одной стороны, он обрадовался, что их вылазка в Яховск не прошла даром и «стекляшка» оказалось действительно ценной. И в то же время, глядя на по-прежнему хмурого Валерьича, он понял, что все больше ввязывается в какую-то непонятную историю.
Во всяком случае, эта бутылочка хранила очень важную тайну. Настолько важную, что Валерьич пересилил себя и предложил Тиму обратиться к Тимуру Святову, которого явно недолюбливал. Выходит, с этой бутылочкой все очень и очень непросто…
На выходные Селестину пригласили домой – в Яховск.
За обедом собралась вся семья: мама, Яна и Никита. К ужасу Селестины, отчим тоже оказался дома.
Дмитрий Теодорович первым сел за стол. Мама радостно суетилась вокруг него, предлагая то одно, то другое блюдо. Впрочем, Селестину Тамара Николаевна тоже не обделяла вниманием: все спрашивала, как она устроилась, нравится ли ей город, подружилась ли она с кем-нибудь.
Селестина отвечала односложно, поэтому вскоре внимание мамы переключилось на Яну. Но сестра тоже была немногословна: рассказала, что подготовительные курсы оказались довольно интересными, но многое из пройденного материала она и так знает.
– Значит, будет легко в учебе, – подбодрил дочь Дмитрий Теодорович. – А там и Никитку пристроим.
Тот вяло шевельнулся, уткнувшись в тарелку. Складывалось впечатление, будто его силой заставили прийти на обед. Селестина очень хотела поговорить с ним, узнать, как у него дела. И как он себя чувствует в компании Алекса после того, что случилось на стройке…
– А что же лунастра нам расскажет? – неожиданно спросил отчим, глянув на Селестину и отвлекая ее от раздумий. – Как проходит обучение лунной мистике? Я слышал, твоими учителями стали сестры, лучшие мистрессы Луны.
Селестина внутренне напряглась. Дмитрий Теодорович ее ужасно раздражал. Если бы она знала, что будет отчим, то вообще не поехала бы – хорошо запомнила его пощечину и злой, безумный взгляд, когда он узнал, что Селестина – астра.
Но сейчас в холодных, мрачных глазах мужчины читался неподдельный интерес – он ждал ее ответа.
– Мне нравится лунная мистика, – не стала кривить душой Селестина. – Медея и Монея очень интересно рассказывают о Раннем Мире, тайновязи… На наших уроках они совершают удивительные вещи…
– Мистрессы уже рассказывали тебе об Обряде Полнолуния? – вдруг грубо прервал ее отчим. – Я говорю про обряд на Горе Чистых Звезд.
– Да.
– Ты будешь его проходить?
– Да… – Против воли она помедлила с ответом, вспомнив слова Йозефа. – Да, я уже решила.
Никита поднял глаза на Селестину, но, заметив, что и она на него смотрит, опять уставился в тарелку.
– Довольно необычно принимать у себя лунастру, – вдруг сказал отчим. – Никогда бы не подумал, что первая дочь Томы – лунастра. Это нетипично для лунатов… Насколько я осведомлен, такие, как ты, гораздо чаще рождаются в астральных семьях. Возможно, дело в твоем отце.
Селестина застыла. Краем глаза она видела, что мама сильно побледнела, – ей очень не нравился этот разговор.
– Думаю, не так важно, в какой семье человек родился, – осторожно произнесла Селестина. – Главное, что он из себя представляет.
Дмитрий Теодорович скептически усмехнулся, но ничего не сказал. Вместо этого он достал смартфон, что-то набрал – высветилась его планета. Над ней реял небольшой золотой полумесяц.
Отчим схватил его, небрежно бросил на блюдце и пододвинул к Селестине.
– Активируй это на своей орбите. Думаю, тебе понравится то, что увидишь.
