Зоя снова замолчала. О той буре, что кипела в ее душе, можно было только догадываться. Она сидела обхватив себя руками за плечи и слегка покачивалась. Человек со стороны не увидел бы ничего необычного — девушка просто неразговорчива, скучает и слегка мерзнет, только и всего. Но как же далеко все это от истины! Внутри Зои бушевало торнадо, грозящее разнести город ее души в клочья.
В конце концов она не выдержала внутреннего напряжения, подскочила, как сжатая пружина, и принялась ходить по комнате:
— Послушайте, я не знаю. Здесь столько всяких «если»! Если я у себя найду эти лучи-«лапки», — она начала загибать пальцы. — Если одна из них почему-то (взгляд на Ингу) ведет к Торику. Если я смогу выбраться в наш «внутренний космос» и не сойду при этом с ума. Если оператор (теперь взгляд на Стручка) достаточно быстро научится пилотировать путника, и если Торик за это время не превратится в «овощ».
Пальцы на одной руке закончились, но она продолжала, загибая их теперь на другой:
— Если душа Торика пропустит меня, а не отторгнет. Если там, внутри, я сумею добраться до нужной точки. И, кстати, если это именно она, а не вторая, которая еще неизвестно куда ведет. И если даже Торик сейчас там, если он не растворился в бездне забвения, вы что, думаете, два путника там, в глубине души, будут иметь возможность разговаривать или тащить друг друга за шиворот?
Все потрясенно переглянулись. До этого так далеко в своих мыслях ни один из них еще не добирался. «А ведь это аргумент», — подумала Зоя и решила закрепить успех:
— Никто и никогда не видел, как выглядит путник изнутри души. Вполне возможно, два путника там вообще неразличимы друг для друга и не смогут ощутить взаимного присутствия. Я уж не говорю о попытке перемещения другого путника.
Теперь на поле боя вступила Инга. По-прежнему мягко и негромко, но твердо она сказала:
— Все бывает в первый раз. До нас никто даже не подозревал, что существует пространство души, по которому, оказывается, можно путешествовать. Людям со стороны все это кажется полным бредом. Тем не менее у вас есть опыт, есть карты, есть какое-то понимание этой невообразимо сложной четырехмерной геометрии…
— Семи-, — машинально поправила Зоя. — Там семимерная геометрия, на самом деле.
— Боже мой, — схватилась Инга за голову. — Я даже четырехмерной представить не смогла бы.
— Зоя, это наш единственный шанс вернуть его, — жалобно сказала Вика. Голос ее предательски дрогнул.
Зоя отмахнулась:
— Да это не шанс, а просто… насмешка, гримаса судьбы. Честно? Вика, я не верю в успех, вот ни на столько, — она сжала пальцы в щепоть. Потом посмотрела на остальных. — Это безумие, если вы думаете иначе.
Вика выпрямила спину, по-прежнему сидя на диване, а голос ее окреп:
— Но шанс все-таки есть. И сделать это можешь только ты. Я тебе больше скажу. Я никогда и никому такого не говорила. Ты — самая умная женщина из всех, кого я знаю. И я в тебя верю. Всем сердцем.
— И я верю, что у нас все получится, — поддержал Стручок. — Смотри — реальный план уже намечен, исполнители назначены, осталось только взять и всем вместе сделать.
— «Только!» — горько усмехнулась Зоя, но Инга ее не вполне расслышала.
— Да, ради нашего Толика, — сказала она.
Зоя побледнела, сжала кулаки, судорожно втянула сквозь зубы воздух и вышла в прихожую. Наскоро обулась, а у самой двери вместо прощания бросила: «Это безумие!» И ушла.
* * *
Какое-то время все молчали. Потом Инга вздохнула, прочистила горло и высказалась уже по-деловому:
— Ладно, друзья мои. Я скажу так: готовьтесь. По-хорошему не получилось. Придется по-другому. Не люблю так поступать, особенно с друзьями, но иногда приходится. Вика, дай мне ее телефон.
— Конечно, — суетливо кивнула Вика. — Сейчас запишу.
— Она согласится. Я свое дело знаю. Но вы — готовьтесь! — Инга подняла указательный палец и обвела их строгим взглядом. — Дело серьезное. Возможно, вам обоим придется брать отгулы, а то и небольшой отпуск. Жратвы я вам сюда привезу, не волнуйтесь. Чтобы не отвлекаться на устройство быта. А вот работать придется много и быстро.
— Мне не привыкать, — усмехнулся Стручок, но взгляд его стал жестче. — Я вот думаю, надо бы его родителей оповестить. Или как вы считаете?
— По уму, надо бы, конечно, — вздохнула Инга.
— Перепугаются, наверное! — бросила Вика. — Я сама до сих пор дрожу, как вспомню, как мы его нашли…
— Я тогда к ним съезжу? — уточнил Стручок. — Постараюсь не напугать.
— Очень хорошо! И да, нам с тобой, Вика, надо будет и правда график составить, — продолжила мысль Инга. — Потому что мне-то полный отпуск точно никто не даст. Будем дежурить по очереди. Надо так надо. Кроме нас, ему помочь некому. Значит, все получится. Должно получиться! А иначе какие мы, к чертям собачьим, друзья, если даже не попытаемся его спасти?
— Вот! А я вам говорила, что по второму кругу все пойдет быстрее и проще.
