— Молодец, младший лейтенант, уважаю, — кивнул майор отпуская запястья Абазова. — Я вот думаю, может, мне поучиться у тебя? А что, учиться ведь никогда, как известно, не поздно. А в нашем деле учиться надо каждый день. Да расслабься ты, Рамиль Ильясович, — улыбнулся Абазову Коготь, — ты уж извини, если я помешал твоей тренировке. Поразила она меня. Все эти сложные сальто, метание ножей… Я только в книгах читал о таком, но никогда не видел. Однако есть одно замечание.
— И какое же? Что-то в технике не так? — все еще волнуясь, спросил Абазов.
— Нет, в технике все замечательно, я бы даже сказал безукоризненно. Однако, увлекшись уничтожением одного врага, ты упустил мой рывок, позволив атаковать тебя сзади. А если бы у меня в руках был нож, то вся твоя великая техника тебе бы больше никогда не пригодилась. Усекаешь момент?
— Так точно, товарищ майор, — выпалил Абазов.
— Да ты потише, я прекрасно знаю, что я товарищ майор. Народ разбудишь. В СМЕРШе надо учиться каждый день выдержке, терпению и спокойствию, а еще умению анализировать и предвидеть шаги противника. Без этого ничего не получится, и себя погубишь, и товарищей.
— Понял, товарищ майор, — уже тихо произнес младший лейтенант.
Майор взял Абазова за плечо и отвел его за постройку.
— Рамиль, коль мы оба проснулись на заре по разным причинам, будь добр, расскажи, где ты всему этому научился? Я, признаться, до сих пор не могу поверить, что увидел такие чудеса. Из нашей группы кто-нибудь еще видел такое? Ты кому-нибудь показывал свое необычное умение? — оперевшись спиной о кирпичную стену, спросил майор.
Абазов покачал головой:
— Нет, я никому этого не показывал.
— И не показывай, — посоветовал Коготь. — И все же, где ты всему этому научился, если не секрет, конечно?
— Да какой тут секрет, товарищ майор. Я из цирковой династии Абазовых, вот и весь мой секрет.
— Объяснение вроде простое. Если ты не против, Рамиль, давай присядем, — Коготь указал на низенькую деревянную лавочку, стоявшую возле стены, — и потолкуем.
Они сели. Младший лейтенант достал из кармана галифе пачку папирос и спички. Прикурив, он посмотрел по сторонам:
— Извините, товарищ майор, вам даже не предлагаю, потому что все в группе прекрасно знают, что вы не курите.
Коготь улыбнулся:
— Однако же вы много знаете о своем командире. Так откуда у тебя такие навыки и умения, как у японских шпионов средневековья — ниндзя?
— Надеюсь, вы меня не считаете японским шпионом? — улыбнулся Абазов.
— Лицом ты не вышел на японца, — пошутил Коготь.
Немного помолчав, глубоко затянувшись и выпустив в сторону сизый дым, младший лейтенант начал рассказывать:
— Я родом из Казани. Мой дед еще при царе был известным цирковым артистом. Он-то и начал меня понемногу учить с четырех лет, заметив мою, так сказать, заинтересованность. Сначала занимались растяжкой, тут трудиться деду особо не пришлось, поскольку я от природы наделен гибкостью. Затем он научил меня простейшим акробатическим элементам. Дальше — больше: сальто вперед, назад, сальто с высоты… Много всяких элементов интересных мы с дедом опробовали. Да я и сам любил экспериментировать. Понимаете, есть у меня такая черта — все попробовать, испытать самому.
— Много сложных элементов в твоем исполнении мне сегодня удалось увидеть воочию, Абазов, причем совершенно бесплатно.
Младший лейтенант улыбнулся и продолжил:
— Но больше всего мне нравилось метать ножи. Знаете, есть такой номер, когда к деревянному кругу ставят красивую, стройную ассистентку. Ее глаза завязывают черной лентой, ноги привязывают к кругу, руки разводят в стороны и также привязывают. И вот, дед отходит от нее шагов на десять-двенадцать. В руках он держит целый веер из острейших ножей. Случалось, что присутствующие на цирковом представлении дамы еще до начала номера только от всех этих приготовлений падали в обморок. И вот уже гремит тревожная музыка. Дед подходит к привязанной на круге ассистентке, наводит ужас на зрителей, проводя раз-другой по ее лицу одним из кинжалов, а затем начинается самое главное и интересное, — младший лейтенант на секунду смолк и посмотрел на Когтя.
— Представляю, — покачал головой майор.
— Дед берет первый нож, быстро прицеливается, и стальной клинок, пролетев молнией, втыкается рядом с лицом девушки. Отовсюду слышатся вздохи, ахи, визги. Только, как известно, страх притягивает людей. Этот дедов номер пользовался бешеной популярностью у публики. Потом он поворачивается к ассистентке спиной и мечет ножи с разворота. В конце номера ее голову, туловище, руки и ноги окружали ножи, а публика вздыхала облегченно и раздавались громоподобные овации.
— А случались когда-нибудь неудачи, несчастные случаи? Ну, ты понимаешь, о чем я говорю, — полюбопытствовал Коготь.
