— У меня руки чесались, так хотелось пристрелить этого гада, растоптать гниду, — сжав кулаки, гневно произнес Самойлов.
— Те же чувства были и у меня, Андрей, но, сам понимаешь, пока нельзя. — Майор посмотрел на солдата и сказал: — Ладно, понесли. Осталось уже немного.
Вскоре за поредевшими деревьями они увидели «Виллис», возле которого прохаживался водитель, покуривая папиросу. Погрузив труп подростка в машину, Коготь и Самойлов сели рядом.
— Все, рядовой, возвращайся к сторожке! — приказал Коготь.
— Есть, товарищ майор.
Солдат уже собирался уходить, но Коготь окликнул его:
— Погоди, Анисин. У лесника в сторожке есть вяленое мясо, копченая рыба, так что голодными не останетесь. Не пропадете, одним словом. За домом найдете колодец.
— Понял, товарищ майор.
— Тогда ступай, а ты, — Коготь обратился к водителю, — заводи мотор.
Джип вздрогнул, завелся и, развернувшись, покатил по дороге. Когда «Виллис» въехал в деревню, Коготь приказал водителю затормозить около Павловского сельсовета.
Одеяло с убитым вынули из машины и положили на землю. Вскоре прибежала мать Коли — доярка Люба. Рыдая, женщина бросилась к убитому сыну. Ее обступили односельчане.
— Отвезешь труп в дом матери Коли, — шепнул водителю майор, — а затем сразу же возвращайся.
Увидев на крыльце сельсовета председателя Мишина, Коготь жестом руки показал, что им нужно пройти в здание и поговорить. Председатель кивнул. Майор обошел толпу и взбежал на ступеньки, вслед за ним отправился и Самойлов. Председатель проводил их в свой кабинет.
— Какое горе… Не передать словами. Люба не переживет этого, — запричитал председатель. — Да вы присаживайтесь.
Коготь и Самойлов сели на стулья напротив стола Мишина.
— Кто убийца? И как вы нашли мальчика? Что произошло? — засыпал вопросами «следователей» председатель сельсовета.
— Вы немного успокойтесь, Леонид Валерьевич, выпейте воды, — посоветовал Самойлов.
— Да, мне нужно успокоиться, вы правы, — засуетился Мишин.
Он подошел к стоявшему на столе графину с водой и плеснул немного жидкости в стакан, после чего выпил ее медленными глотками. Немного успокоившись, он сел за стол.
— Мы провели серию следственных мероприятий, распространяться о которых я не имею права, — пустил словесный дым Коготь.
— Я вас понимаю, — нервно кашлянул председатель и заерзал на стуле.
— Так вот, нам удалось, — продолжил майор, — найти труп подростка. Мы с коллегой, — Коготь взглянул на Самойлова, — сделали вывод, что парень заблудился в тайге и нарвался на одного из беглых зэков, которых, как вы знаете, немало в тайге встречается.
— Да, — вздохнул Мишин, — к сожалению, в тайге хватает этого сброда.
— Ну а где же им больше укрыться? — хмыкнул майор. — Короче, он и зарезал Кольку. Только зачем он это сделал? На этот вопрос у меня нет ответа.
— Я понимаю вас, Антон Андреевич, зверь он и есть зверь, — повысил голос председатель.
— Вот именно, — задумчиво протянул майор.
— А что с лесником? Кажется, вы хотели его найти? — осторожно спросил Мишин.
— Да, хотели, в ходе оперативной разработки. Но, скажу сразу, он не виноват.
— Слава Богу, — облегченно выдохнул председатель. — Он хороший мужик. Я его знаю. Да и как нам без лесника? Начальство доводит большие планы по заготовке леса. Нет, я, конечно, не жалуюсь, — поспешил заверить Мишин, — но работают-то в основном одни бабы. Сами понимаете, война…
— Я вас прекрасно понимаю, Леонид Валерьевич. Но пока лесника работой не загружайте. Пусть сидит в сторожке под охраной. Возможно, нам повезет, и мы схватим убийцу Коли. Советская власть не прощает подобного рода злодеяния.
— Да, таким преступлениям просто нет оправдания, — несколько театрально сказал Мишин.
— Вот именно, и я о том же. В общем, к сторожке не ходить. Это опасно. Кто знает, возможно, преступник объявится снова. Так что извольте строго-настрого предупредить об этом жителей деревни Павловское, — настращал Мишина майор. — Словом, мы на вас рассчитываем, Леонид Валерьевич.
— Конечно, я всех предупрежу, можете не сомневаться, товарищи, — поспешил заверить «следователей» председатель сельсовета.
— Вот и хорошо, — произнес Коготь, — а сейчас нам нужно ехать. Если что, мы с вами непременно свяжемся, Леонид Валерьевич.
— Чем смогу, тем помогу.
— Спасибо за содействие следствию, — Коготь поднялся и протянул руку председателю. — Что ж, за сим мы откланиваемся. Всего доброго.
— Удачи вам, Леонид Валерьевич, — вторил другу Самойлов.
— Приятно было с вами поработать, — проводив «следователей» в коридор, произнес Мишин.
Когда офицеры СМЕРШа вышли на крыльцо, толпа уже разбрелась. Труп мальчика водитель, как и велел ему Коготь, отвез в его дом. Толпа односельчан переместилась туда. До слуха майора донесся надрывный плач. Сев в машину вместе с Самойловым, Коготь тихо сказал водителю:
— Едем на полигон.
— Слушаюсь, товарищ майор, — ответил водитель и завел двигатель.
Примерно через два часа «Виллис» подъехал к штабу. Самойлов пошел в комнату к смершевцам, а Коготь направился в кабинет начальника полигона.
