— Простите, напугали, товарищ майор. И как это вы так незаметно подкрались?
— Отрабатываю свои навыки, но учти, Малютин, что и враг умеет так подкрадываться. Глазом не успеешь моргнуть — отрежут башку, а потом где-нибудь на полянке вместо мяча с ней в футбол играть будут. Так что наблюдай, слушай, а не расслабляйся, как на курорте.
— Понял, товарищ майор, — выдохнул Малютин.
— Вот и хорошо, что понял. Где твои бойцы?
— В сторожке, охраняют лесника.
— Ясно, — Коготь открыл дверь и вошел внутрь дома.
Лесник, как обычно, сидел на кровати со связанными руками.
— Развяжите его, — кивнув на Рейнакса, сказал Коготь, — а сами выйдите, подышите воздухом.
— Есть, товарищ майор, — дружно ответили солдаты и, выполнив приказ, вышли из сторожки.
— Ну как, Рейнакс, готов к выполнению задания? — спросил Коготь.
— Полностью готов, исполню все в лучшем виде.
— А я и не сомневаюсь, другого выбора у тебя нет, — заметил майор.
— Да, выбора у меня нет, — процедил сквозь сжатые зубы лесник.
— Однако перейдем к делу. Ты облачишься, как обычно, в свой водонепроницаемый плащ и возьмешь карабин. Так моим парням будет легче отличать тебя, когда ты выведешь фашистов на тропу. И помни, бояться тебе нечего, ни одна пуля не полетит в твою сторону. Как я и говорил тебе, услышав первые выстрелы, падай и лежи, жди окончания боя. Можешь в это время подумать о своей семье, о том, что своими правильными действиями, я имею в виду сотрудничество с нами, ты спасаешь им жизнь.
— Хорошо, майор, — кивнул Эйнар. — Меня никто не будет сопровождать из ваших? — вдруг спросил он, посмотрев на Когтя.
— Сопровождать тебя? Зачем? Я знаю, что немцы будут в квадрате семь, они пойдут к полигону. Ты работаешь на нас. Я уверен, что здоровье твоих родственников для тебя много значит. Я не ошибся? — нахмурился майор.
— Я так, на всякий случай спросил.
— Иди, делай свое дело и не забивай голову ерундой. Сделаешь все как надо — даже несмотря на твои преступления, мы подумаем, как получше к тебе отнестись. Возможно, когда-нибудь ты увидишь своих родителей и сестру.
Глаза Эйнара метнулись в разные стороны, будто он что-то искал. Эта деталь не ускользнула от внимания Когтя. Они уточнили некоторые нюансы предстоящей операции.
Ровно в три часа ночи Рейнакс забросил на правое плечо ружье, прихватил рюкзак и скрылся в тайге. Солдаты охраны, пока лесник не отошел от сторожки, на всякий случай держали его на прицеле.
— Все, он ушел, — сказал один из солдат.
— А что нам сейчас делать, товарищ майор?
Коготь на секунду задумался, глубоко вздохнул и ответил:
— До утра отдохните в сторожке, а с первыми лучами солнца выдвигайтесь на поляну, поближе к деревне. Там вас заберет машина с полигона.
— Ясно, товарищ майор, — кивнул лейтенант Малютин.
— Ладно, всего доброго, ребята, мне пора, — сказал Коготь и, прежде чем лейтенант и солдаты успели ответить, скрылся в зарослях тайги.
Отойдя в сторону метров на триста, он остановился.
— Мы здесь, товарищ майор, — услышал Коготь знакомый голос Абазова.
Группа СМЕРШа в полном составе сидела в небольшом, но длинном овраге. Майор спустился в овраг, взял свой вещмешок и принялся переодеваться в полевую форму.
— Ушел лесник, Владимир Николаевич? — спросил командира капитан Андронов.
— Совсем недавно, — надевая маскхалат, ответил Коготь. — Подождем часок и отправимся в путь. До квадрата семь нам топать и топать, даже если идти по прямой.
— По кустам и буеракам, — усмехнулся капитан.
— Правильно мыслишь, Степан Иванович, — парировал майор. — Так вот, топать нам не менее девяноста километров.
— И сколько времени у нас на дорогу? — спросил капитан.
— Не более двух суток с момента выхода из этого оврага, — ответил майор.
— Так это же прогулка для пенсионеров в санатории, — улыбнулся Егоров.
— Ага, особенно если каждый пенсионер несет на себе по тридцать пять-сорок килограммов оружия и боеприпасов, — покачал головой лейтенант Анютин.
— Так или иначе, но через двое суток мы обязаны там быть, — твердо заключил Коготь. Немного помолчав, он продолжил: — В телеграмме-шифровке, отправленной на имя лесника, говорилось, что немецкие диверсанты подойдут через три-четыре дня. День отбрасываем. Так что топать придется быстро, но только так, чтобы не обогнать лесника. Это на всякий случай, вдруг он что-нибудь скрыл, и встреча с немцами произойдет где-нибудь в другом месте. Нам нужно его нагнать, я о леснике, — уточнил майор, — и держать его, так сказать, в зоне видимости и, соответственно, досягаемости. Все понятно? — чуть приподнявшись, спросил своих подначальных Коготь.
— Понятно, — послышалось со всех сторон.
— А сейчас советую всем хорошенько расслабиться, чтобы дать отдых каждой мышце, каждому нерву. Путь будет непростым, впрочем, как и само задание.
Офицеры закрыли глаза и, глубоко дыша, принялись расслаблять каждую мышцу своего тела — как учили их когда-то инструкторы в школах контрразведки.
Примерно через час Коготь поднялся, надел на плечи рюкзак и взял в руки автомат.
— Я иду первым. Замыкает группу младший лейтенант Егоров. Дистанция примерно десять метров. Вперед! — скомандовал майор.
