— Возможно, немец избавился от Рейнакса потому, что тот сказал нечто такое, что насторожило фашиста. Не исключено, что Рейнакс мог рассказать и о нашей якобы засаде на болоте. Как бы то ни было, лесник сыграл самую провальную игру в своей жизни.
— Да, потому что он сыграл в ящик, или в землю, собственно, какая разница, — съязвил Самойлов. Полежав немного рядом с майором, лейтенант спросил: — Как думаешь, Володя, фашисты пойдут озером?
— Думаю, что да. Какой дурак без проводника ночью сунется на еле заметную тропу среди болота? Это же верная гибель. Так что фашисты наверняка сделают ставку на озеро.
— Понятно, — улыбнулся Самойлов, — ты уже все варианты прокрутил.
— А чем тут еще заниматься? Лежи себе и просчитывай варианты, — взглянув на друга, сказал Коготь.
— Тоже своего рода шахматная игра, — заметил Андрей.
— С одной оговоркой — проигравшего зароют навечно в землю.
— Да, игры у нас веселые…
Когда солнце начало садиться за лесом, командир немцев отдал короткий приказ, и вся группа пришла в движение. Фашисты встали, что-то проверили в своих ранцах и по одному пошли в сторону озера.
Коготь подполз к своим бойцам, укрывавшимся за деревьями, и вполголоса сказал:
— Идем на сближение с фашистами. Всем быть предельно внимательными и собранными. Помните, что все просто — либо мы их, либо они нас. Но главное — не упустить командира фашистских диверсантов. Мне он нужен живым, — напомнил Коготь.
— Ясно, товарищ майор, — закивали бойцы СМЕРШа.
— По одному ползком вперед! — дал команду Коготь.
От окраины леса до берега озера было не более ста метров. Немцы, не выходя из леса, принялись что-то доставать из ранцев, и вскоре майор понял, что это акваланги. «Хотят максимально скрытно добраться до противоположного берега», — кивнул своим мыслям майор.
Смершевцы лежали за деревьями, совсем рядом с ничего не подозревавшими фашистскими диверсантами. Белобрысый дал команду, и немцы стали облачаться в плавательные костюмы. Чуть в стороне от основной группы диверсантов стояло трое фашистов, помогая друг другу. Коготь поднял голову и кивнул. Младший лейтенант Абазов, укрывшийся высоко на дереве за спиной троицы, прошелся по толстой ветке и стремительно оттолкнулся. Пролетая над головами немцев, он послал в живые мишени три ножа.
Немцы один за другим полетели на землю. Один из диверсантов, находившийся вблизи от убитых, повернулся, и клинок, брошенный с близкого расстояния Абазовым, впился ему в шею. Немец захрипел. «Что случилось?!» — крикнул белобрысый.
Два снайперских выстрела Егорова и Самойлова прервали процесс экипировки еще двум фашистам. «Здесь русские!» — закричал один из диверсантов, и тут же снайперская пуля пробила ему грудь.
Немцы с аквалангами попадали на землю за деревьями и попытались дать огневой отпор. Тем временем Абазов, стремительно двигаясь по веткам деревьев, пробрался в тыл к лежавшим внизу немцам. Прицелившись, он метнул нож и пришпилил шею одного из фашистов к земле.
Диверсант, лежавший рядом, приподнял голову, и нож вонзился ему в левую глазницу. Однако Абазова заметил еще один из фашистов и выпустил в его сторону очередь. Младший лейтенант моментально крутнул сальто назад.
Фашисты осыпали пулями верхушки деревьев, такую уж панику навел Абазов на опытных фашистских диверсантов.
— Они хотят побыстрее добраться до озера! — перезаряжая оружие, крикнул Коготь. — Не дадим им возможности уйти.
Шестеро оставшихся в живых немцев, огрызаясь автоматными очередями отступали к озеру. Правда, воевать в акваланге и с ластами в одной из рук дело было, мягко сказать, бесперспективное, особенно учитывая тот факт, кто противостоял немецким диверсантам. Однако у фашистов не было другого выхода и потому они отчаянно рвались к воде.
Выскочив на открытое пространство, немцы рассредоточились. Из леса в них летел град пуль. Троим фашистам, в том числе и командиру, удалось укрыться за камнями, а трое остальных были убиты в течение нескольких секунд.
Егоров, подбираясь ближе к немцам, поймал вражескую пулю и упал рядом с деревом.
— Лейтенант Самойлов, вытащить Егорова и оказать помощь! — приказал Коготь. — Всем прикрывать Самойлова!
Трое немцев, спрятавшихся за камнями, не могли поднять голов, настолько плотный огонь велся в их сторону, пока лейтенант Самойлов, забросив за плечи снайперскую винтовку, в несколько прыжков не добрался до раненого и не оттянул его вглубь, за деревья.
— Командира фрицев взять живым! — напомнил Коготь.
Немцы, понимая, что долго на открытом пространстве не смогут продержаться, да и патронов у них становилось все меньше, пошли на решительный шаг. Двое фашистов, усилив огонь, прикрыли отход своего командира к воде.
— Уйдет, сволочь! — глядя на приближающегося к озеру и стрелявшего время от времени немецкого командира, крикнул Анютин.
Нужно было что-то предпринимать, причем очень быстро. Мозг Когтя моментально прокрутил множество комбинаций возможных дальнейших действий, выбрав один вариант.
— Абазов! — крикнул майор.
— Я, — отозвался младший лейтенант.
