— И всё равно, теперь эксперимент пошёл наперекосяк, — говорю, пока бледный и пошатывающийся Бета подаёт мне табельный наркотик. Ага, проняло. Болевой шок неплохо выбивает дурь из полушарий мозга. — Хотя бы потому, что непроинформированность сервов о последствиях прямо нарушает соответствующие пункты Общей Идеологии. Верленд, ты тоже заражён и перестал соответствовать эталону. Адери, сознайся честно, — прикуриваю, дав искру с пальца, — в чём ты отклонился от О.И.?
— Я стараюсь выполнять твой приказ и держаться в рамках устава, — отзывается он самым нейтральным тоном. — Но это очень сложно, учитывая обстановку вокруг. Вы сильно изменились, ну, я не про тебя, Зеро. Ты всегда странная. А вот остальные просто делаются на тебя похожими. Быть может, скрытое влияние ДНК на психику? Ведь ты — в основе всех нас.
— Тогда уж эхом через гипноленты дошло, — отзываюсь. — Плюс к тому, невыработанная мощность мозга. Что думаешь, Верленд?
Медик с трудом пристраивается на первую попавшуюся горизонтальную поверхность выше пола, подальше от меня, поближе к стратегу. В голосе явно звучит опасение схлопотать ещё разок:
— Не знаю…
— Кстати, — вдруг совершенно другим, чуть более лёгким и насмешливым тоном замечает Альфа, — кажется, я подобрал точное определение твоей позиции к остальным прототипам, Зеро. Да и не только к ним, вообще к Империи, — он разворачивается ко мне лицом, явно готовясь сказать какую-то гадость и посмотреть на мою реакцию. — Долго не мог найти нужное слово, поскольку у нас оно отсутствует.
— Ну, и?
— «Мамочка», — уголком рта усмехается он. — Низшие назвали бы тебя «мамочкой».
Сказать до того нечего, что я немею.
— В точку, — брякает Бета раньше, чем успевает прикусить язык. Наверное, ещё раз по самому уязвимому после мозга месту хочет. А паршивец стратег продолжает развивать мысль:
— С нами носишься, сервов опекаешь, и даже этому, — кивок на Бету, — врезала не столько от злости, сколько от страха за то, что с ним сделают за превышение полномочий. Разве не так?
Варги-палки. Так.
Действительно так. Вот сейчас, когда Альфа это всё озвучил, я понимаю — он прав. Почему-то в мозгу всплывает недавно услышанное: «У тебя мания нас кормить». Тоже соответствует параметру «мамочка». И что ещё хлеще, я со своими ребятами с «Возмездия» такой же была. Проклятые проценты личностных характеристик! Мало мне было любопытства, теперь ещё и за этим следи!
Но нельзя не отбрехаться.
— Имеешь в виду, я Империю удочерила, а она меня уматерила? — никогда бы не поиграла словами так явно, если бы не совершенно приватная обстановка среди своих.
— Иди курить на балкон, — вместо ответа или усмешки отзывается Альфа и брезгливо морщит нос. Понятно, шутка пролетела мимо. Или для него это не шутка, а констатация факта.
Так и быть, выскребаюсь из кресла и выхожу на улицу, посмаковать ядовитый дым. В персональный отдел локального патвеба один за другим падают вечерние — или уже точнее было бы сказать, утренние отчёты сервов, но читать их я не стану, нервы дороже. Пусть Учёный с Вечным с этой, как оно, «пор-но-графией» разбираются и изучают каждую деталь. А меня увольте.
Пожалуй, сигарета заканчивается даже слишком быстро. Досадно. Но приближается время моего сна по расписанию, так что я тащу окурок до утилизатора, более не тратя время на разговоры.
Душ.
Спать пятнадцать скарэлов — и снова галопом по встречам, совещаниям, интервью, переговорам, интригам и неприятным сюрпризам от экипажа.
Но хотя бы закончился этот сумасшедший день — самый обычный день кочевников.
Да. Самый обычный день.
====== Интермедия вторая, всё немного запутывающая. ======
(после свиданки в парке)
— То есть, со Скаро?!
Таген чуть повернул голову в сторону сестры, с трудом давя зевок. Мягкое кресло слишком провоцировало прикорнуть, даже несмотря на кружку крепкого отвара земной травы и интересную историческую книгу, но через час уже надо было отправляться на работу, в Ассамблею. В последние дни у посланника было слишком много дел, чтобы позволять себе приезжать к самому заседанию, а не к семи утра.
— Вот то и есть, что со Скаро. Кочевники — потомки далов с Пири-эск-Дал, нормально, да? — Таген закрыл том и отложил на журнальный столик. — Мы с ней полночи ходили и обсуждали эту тему. Она мне много чего понарассказывала интересного…
Луони, кутаясь в халатик с оборками, помешала ложкой кислородный коктейль из злакового молока с каким-то фруктовым сиропом.
— Не дави пузырьки, весь газ выпустишь и всё утро будешь помятая, — подстебал её Таген, зная, как сестрица втайне помешана на здоровом образе жизни и идеальной внешности.
— Нет, подожди, то есть они и мы… Мы и кочевники… — продолжала хлопать ресницами девушка, пропустив шпильку мимо ушей. — И они, и мы… А Доктор знает?!
— Уже знает, — донеслось от входа на балкон. Рыжий стоял, сверкая на всю улицу зелёным котелком и улыбкой, но уж слишком веселье было искусственным, это бы понял и тот, кто знал Доктора меньше, чем брат с сестрой. — Значит, они со Скаро…
Зелёно-карие глаза вдруг сузились, а улыбка выключилась, как по команде звуковой отвёртки.
