— Кстати, о научном отделе. Судиин, вся эта ваша, как говорят низшие, любовь-морковь и прочая петрушка — это на самом деле ерунда и выверт адаптации, если верить нашему врачу. Но на мой взгляд, ты допустила совершенно иную ошибку, забыв кое-что проанализировать достаточно глубоко. Вы же успели… — я запинаюсь, вдруг осознавая, что слово, характеризующее процесс естественного размножения у далеков, просто отсутствует. А употреблять термины из расширенного словаря, относящиеся к низшим или к животным, у меня язык не поворачивается. — Ну, в общем, успели, да? — она слабо кивает, отворачиваясь и откладывая сдобу. — И что ты будешь делать, если у вас… получится детёныш? Ты просчитала, что с ним будет? Ты это хорошо обдумала? Трезво взвесила? Никто даже не представляет, что у прототипов может… получиться. Теоретически ДНК застабилизирована, но практически процесс абсолютно не под контролем. Зародыш нельзя будет отследить так тщательно, как на конвейере, и уж тем более невозможно его вовремя откорректировать или безболезненно списать. Да ещё все ранние стадии могут проскочить мимо лаборатории, если мы тут нечаянно задержимся. «Протон» не имеет соответствующего оборудования, Верленд не имеет соответствующей квалификации. И всё это врежет не по Гердану, а по тебе и по возможному детёнышу. Ты это обдумала, прежде чем кидаться в новые ощущения?
И по её виду понимаю, что она вообще об этом не подумала. Эти кроваво-красные уши можно использовать, как маячки во Вселенной, а страхом от Дельты пасёт на три орбиты вокруг. Осознала, девушка, во что гравиплатформой вляпалась?
— Капитан, что мне теперь делать? — бормочет она. Ну да, инструкции на этот случай не писаны.
— Прекратить тихушничать и не заводить ситуацию в ещё более глубокий тупик, — отвечаю. — Я запрещаю тебе действовать тайно по какому бы то ни было поводу, включая ваши личные отношения с Герданом. Докладывать абсолютно всё перед тем, как что-либо сделать. Все приказы, разрешения и допущения, полученные от Адери и Верленда, подтверждать у меня. И никак иначе, — пожалуй, пора чуть смягчить тон. — Судиин, ты упустила, что наш врач — учёный, и ему прежде всего нужен результат. Поэтому он вам и потакал, что хочет всё увидеть до конца. Для него ты — всего лишь эксперимент. И Гердан, и я, и Адери, и даже он сам. Не жди, что здесь кому-то интересна именно ты сама или твои чувства по поводу происходящего. Это вообще всех интересует в последнюю очередь где бы то ни было. А в проекте «Прототип» наше место — лабораторная клетка, и наше звание — инфузория. И всем глубоко безразлично то, насколько это нас унижает или морально калечит. Анализируя ситуацию глубже, даже это для учёных представляет интерес в рамках эксперимента. Надейся на одно — чтобы в случае неудачи тебя вернули в старое тело, а не списали. И старайся остаться тем, кем ты была когда-то активирована, несмотря ни на что.
— Но это значит… — Дельта поднимает на меня слезящиеся глаза. Что, она ещё и реветь выучилась?! — Но это значит, что мы с Герданом должны… быть так, словно нет персональной привязанности. Но ведь она есть, есть!!! — наш техник с силой ударяет по коленям и зажмуривается так резко, что слёзы брызжут во все стороны.
Смотрю на неё. Ведь я примерно представляю, что она чувствует. Однажды я тоже была объектом фаворитизма, и не могу сказать, что это комфортно. Правда, у номера Семь с «Возмездия» хватало ума держать эмоции при себе, а у остальных — делать вид, что они ничего не замечают. И всё же это было неприятно. Семёрку и сослали-то в назначенные добровольцы-рядовые из старлеев за этот заскок, попытку привязаться к кому-нибудь, он ведь изначально-то не серв был, а такой же низкоранговый Чёрный, как и я. А на Свалке Истории его и ссылать-то уже было некуда, приходилось терпеть слишком долгие взгляды в свой адрес. А всё же, посылая его на смерть во время штурма «Крусибла», я чувствовала смутный дискомфорт. Так что могу себе представить, каково сейчас Дельте, у которой фаворитизм взаимен и цветёт буйным цветом.
Именно поэтому встаю и с размаху даю ей затрещину, а потом притягиваю к себе за грудки.
— Это не отменяет того, что ты создана далеком, — говорю очень тихо прямо в зарёванное лицо. — Ты — высшая раса, а не скотина. Учись контролировать себя сама, если фильтр не справляется. Ты — идеальное существо, а не низшая плесень. Так соответствуй этому званию, тупая десантура! Докажи мне, что ты далек!
Швыряю Дельту обратно на катушку с проводом, где она сидела. Докатились. Одна истеричная девица с барахлящим фильтром кортикального мозга строит другую такую же. Фантасмагория, кошмарный сон Культа Скаро, шуточка в стиле Хищника, но чтобы это ещё и реальность была — это ни у кого в мире воображения не хватит.
— Жуй свою плюшку и пиши отчёт, — заканчиваю я, буравя взглядом вздрагивающий затылок, из-под которого слышны сдавленные всхлипы. — И не говори, что я тебя не предупреждала о последствиях.
