Всё, сконцентрироваться, оглохнув, ослепнув и доверив мою транспортировку к месту событий блондосу за неимением лучшего варианта. Ладони сами расходятся на необходимое расстояние, окутываясь электричеством. Перстень повисает между ними, со стороны кажется, что прямо в воздухе. Между пальцами, наверное, периодически проскакивают голубоватые искры, но я их не чувствую. То, что может излучать, может и поглощать, главное, чтобы кое-кто не сунул ничего между руками, превратившимися в два электрода. Но попыток пока не следует, как и дополнительных вопросов: видимо, с прошлого раза тал хорошо усвоил, что ладошки прототипов — опасная штука. Но насколько она опасная, вообще никто, кроме далеков, не знает. Наша крайне высокая чувствительность к любому виду электричества, магнетизма и их комбинаций позволяет считывать и взламывать любую родственную этим силам аппаратуру. У прототипов этот механизм работает несколько иначе, чем у настоящих далеков, но принцип тот же, и даже аналогии те же — раньше для считки был манипулятор, теперь руки, вот и вся разница. Устройство, собранное Доктором, подпитывается из электромагнитного поля планеты и программируется примитивными кодами на основе электрических связей в молекулах вещества. Взломать такое — как ложноручкой об гашетку, даже мне. И атомный шифр Галлифрея тут тоже не препятствие, далеки давно научились его вскрывать. Два скарэла аккуратности и внимательности под дельные советы Альфы, а дальше достаточно одного мига, чтобы отменить изоморфию устройства. По подсказке Гаммы ввожу дополнительный параметр смены размеров, чтобы кольцо само подтягивалось по владельцу, не сваливаясь и не зажимая палец. Вот что значит спец по тонкой аппаратуре, сразу сечёт, что ещё надо наладить для повышенной идеальности.
Нет, конечно, можно было и Доктора попросить. Но тогда бы он непременно начал ломиться за мной следом на «Протон». А я пока не хочу думать о том, как не допустить очередную его регенерацию вследствие срабатывания защитных систем или нападения Шакри, лепрехун в котелке вполне устраивает далеков, как уже немного изученное лицо. А кроме того, работа над кольцом позволила мне не разговаривать с блондосом по дороге.
Тёплое от электричества украшение падает на подставленную ладонь.
— Готово, — говорю, пристраивая его на указательный палец и чувствуя, как металл меняет форму, усаживаясь плотнее.
— Что ты сделала? — Таген старается глядеть только на приближающиеся ворота взлётного поля, но я понимаю, что всю дорогу он то и дело косился на мои руки.
— Отключила изоморфию. Только не говори Доктору о том, что он глуп и что такие устройства на режим персональной привязки не ставят. Договорились?
Блондос хмурится, пока я, вывесившись из машины, помахиваю чипом перед считывающим устройством пропускного пункта. Ворота медленно начинают расползаться в стороны. Скорее же!
— Я всё-таки не понимаю, с чего ты взяла, что Луони именно там и что это не отвлекающий манёвр?
— ТАРДИС найдёт её где угодно. Но при попытке пробиться на «Протон» в лучшем случае будет то же, что и на орбите.
— Но если корабль защищён, то как ты-то на него попадёшь? — глайдер наконец трогается с места, и мы скользим вдоль «безопасной» разметки, то и дело огибая погрузчики. Увы, из-за них тут не разовьёшь нормальную скорость. Как медленно приближается наш посадочный квадрат!..
— Запомни, у кочевников всегда — всегда — есть резервный вариант, не учтённый окружающими.
— Я уже понял, что ты крутая и превосходишь нас, отсталых, по всем параметрам, так что хорош хвастаться, — морщится блондос.
Ну, рада, что ты наконец-то это признал, только рожу зачем кривить? Всё равно идеальной ассиметрии не получится, череп не позволит.
Приходит подтверждение от Эты, уже успевшего без проблем перенести врача в катер и добравшегося до нужного места в коридоре. Гамма рекомендует снять кусок обшивки, но Эпсилон и Альфа хором останавливают — если Шакри до сих пор себя не проявили, это не значит, что они не заинтересуются, чем занимается болтающийся без видимого дела член экипажа.
— Притормози-ка, — говорю Тагену и, не дожидаясь окончательной остановки глайдера, выпрыгиваю на ходу и забираюсь на только что обогнанный погрузчик. Так, полная автоматика, водителя нет, но резервное управление, рассчитанное на гуманоида, имеется. Значит, тут должна быть связь с дежурным по космодрому. Вот, нашлась.
Зажимаю кнопку.
— Говорит посол Зеро с борта «Протон», временно исполняющая обязанности капитана. Кто-то взломал наш бортовой компьютер и готовит корабль к несанкционированному взлёту, заблокировав внутри часть экипажа. Мы предпринимаем всё возможное, чтобы вернуть контроль над кораблём. Отведите весь персонал на расстояние мили, не давайте посадки рядом с нашим квадратом и не приближайтесь до старта или отбоя тревоги. В остальном ведите себя, как положено по вашим инструкциям при террористическом акте.
