Гарольд одним прыжком подскочил к ней. Схватив гигантский скелет за позвоночник, он вытащил его из ванны и отшвырнул в сторону, на кучу других костей. Как только он это сделал, наверху налетел такой яростный порыв ветра, что даже здесь, в глубокой утробе древней гробницы, они кожей почувствовали, как курган содрогнулся. А в следующий миг над их головами раздался оглушительный грохот.
Джордж в ужасе рухнул на землю, Гарольд тоже на миг растерялся, пытаясь понять, что произошло. Затем подбежал к дыре и посмотрел вверх. Прямо над собой он увидел небо, в котором дрожали первые холодные лучи рассвета. Летний домик миссис Масси ветром снесло с лица земли, и теперь «жилище древних британцев» вновь стояло под открытым небом, как то было на протяжении многих веков.
– Летний домик снесло, Джордж, – сказал он. – Слава Богу, что нас там не было, иначе бы мы улетели вместе с ним.
– О, Господи, сэр, – простонал несчастный слуга, – мы взялись за негожее дело. Это похоже на кару небесную.
– Согласен, будь мы наверху, а не в безопасности здесь, – ответил он. – Поди принеси тот второй фонарь.
Джордж поднялся, и они вместе склонились над теперь уже пустым «сундуком», внимательно его разглядывая.
Каменное дно было другого цвета, нежели стены ванны, и поперек него тянулась трещина. Гарольд нащупал в кармане и вытащил нож, в рукоятке которого имелся крепкий железный крюк, при помощи которого из копыт лошадей извлекают камни. Этот крюк он вставил в трещину и еще до того, как тот сломался, успел оттянуть кусок камня. Затем, оглянувшись, он обнаружил среди мусора, где обвалилась стена, длинный острый кремень. Один его конец он вставил в дыру, и они с Джорджем совместными усилиями нажали на второй.
Половина треснувшего камня поднялась на нескольких дюймов, что позволило им просунуть под него пальцы. Похоже, да, у ванны имелось ложное дно.
– Держи крепче, – велел полковник, – и потяни изо всех сил.
Джордж сделал так, как ему было сказано, и, упершись коленями в продырявленный камень, они тянули до тех пор, пока едва не надорвали мышцы.
– Он движется, – сказал Джордж. – Теперь полегче, полковник.
В следующий миг камень поддался, и они оба упали на спину.
Гарольд вскочил, как ловкий котенок. Сломанный камень боком стоял в ванне. Под ним было что-то мягкое.
– Свет, Джордж! – хрипло сказал он.
Под камнем оказалось несколько слоев сопревшей ткани. Саван или что-то еще? Они пригоршнями вытащили лоскуты. Один! Два! Три!
О, боже!
Внизу, под тканью, блестели столбики золотых монет. На мгновение перед глазами Гарольда все поплыло, а сердце как будто перестало биться. Что касается Джорджа, тот пробормотал себе под нос что-то вроде «Разрази меня гром!» и снова рухнул на землю.
Дрожащими пальцами Гарольд с горем пополам вытащил две монеты, потревоженные сотрясением камня, и поднес их к свету. Он был опытным нумизматом и без труда их узнал. Одна была прекрасным образцом трехфунтовой монеты времен Карла Первого, вторая – риалом Якова Первого.
Значит, это правда. Не оставалось никаких сомнений в том, что это спрятанный сэром Джеймсом де ла Моллем клад. Похоже, ложное дно ванны – это тоже его идея, равно как и сидящий в ней скелет, призванный отпугнуть мародеров, если те вдруг явятся сюда.
Минуту или две кладоискатели стояли над огромным сокровищем, которое они обнаружили в этом ужасном месте, и глядели друг на друга, дрожа от волнения, не в состоянии вымолвить ни слова.
– Какая тут глубина? – наконец подал голос Джордж.
Гарольд взял нож и, поддев, вынул несколько верхних монет, уложенных плотно одна к другой, пока не смог свободно засунуть в них руку. После чего горсть за горстью вытащил самые разные золотые монеты. Тут были и золотые розенобли Эдуарда IV; и соверены и «ангелы» Генриха VII и Генриха VIII; соверены, полусоверены и золотые кроны Эдуарда VI; соверены, риалы и «ангелы» Марии; соверены, дублоны и кроны Елизаветы; монеты достоинством в тридцать шиллингов, риалы, «ангелы», соверены и «лавры» Иакова I; трехфунтовые монеты «броуды» и «полуброуды» Карла I. Одни были в большем количестве, другие в меньшем, но представлены были все.
Горсть за горстью он вытащил их и все еще не нащупал дна. Ну, наконец! Вот оно, дно. Слой золотых монет был около двадцати дюймов в ширину и три фута шесть дюймов в длину.
– Мы должны перенести это в дом, Джордж, прежде чем кто-либо это увидит, – выдохнул полковник.
– Да, сэр, да, конечно, мы должны, но как мы их перенесем?
