Квест прибыл в замок как раз тогда, когда сквайр был погружен в раздумья. Даже человек, не обладающий проницательностью мистера Квеста, понял бы, что у старика на уме что-то такое, о чем ему очень хочется поговорить.
Даже не выслушав объяснений мистера Квеста, сквайр подписал согласие на аренду, а затем внезапно спросил его, когда нужно заплатить первые проценты по недавним закладным. Адвокат назвал некую дату.
– Ну что, – вздохнул сквайр. – Придется заплатить. Впрочем, какая разница, все равно это будет в последний раз.
Мистер Квест тотчас навострил уши и посмотрел на него.
– Дело в том, Квест, – продолжил сквайр в порядке объяснения, – что вскоре ожидаются некие семейные изменения, которые естественным и надлежащим образом положат конец этим затруднениям.
– Вот как? – сказал мистер Квест. – Весьма рад это слышать.
– Да, да, – сказал сквайр, – к сожалению, в настоящее время я не могу свободно говорить об этом, или хотел бы спросить ваше мнение, которое, как вы знаете, я весьма уважаю. Действительно, почему бы не выслушать совет своего адвоката по поводу одного деликатного дела; я лишь пообещал не трубить о нем на каждом перекрестке.
– Адвокаты являются конфиденциальными агентами, – тихо сказал мистер Квест.
– Безусловно. Ведь это их дело – держать язык за зубами. Я могу положиться на ваше молчание, не так ли?
– Разумеется, – сказал мистер Квест.
– Видите ли, дело в том, что мистер Эдвард Косси помолвлен с мисс де ла Молль. Он только что был здесь, чтобы заручиться моим согласием, в коем я, конечно же, ему не отказал, ибо мне не известно ничего, что можно было бы поставить в упрек этому молодому человеку… вообще ничего. Единственное условие, которое он поставил, – лично мне в данных обстоятельствах оно представляется разумным, – а именно то, что в течение некоторого времени эта помолвка должна оставаться в тайне по причине состояния здоровья его отца. По его словам, Косси-старший – весьма сумасбродный человек и может предвзято отнестись к выбору сына.
Слушая эти слова, мистер Квест оставался совершенно спокоен, на его лице вы не увидели бы никаких признаков возбуждения, и только его глаза светились любопытством.
– Вот оно как! – сказал он. – Весьма интересные новости.
– Да, – сказал сквайр. – Именно это я и имел в виду, говоря, что в скором будущем отпадет необходимость принимать какие-либо меры в отношении выплаты процентов, поскольку Косси пообещал накануне бракосочетания бросить закладные в огонь.
– Понятно, – сказал мистер Квест. – Весьма благородный жест с его стороны, не так ли? А вообще, думаю, вас следует поздравить, мистер де ла Молль. Не часто у людей появляется такой шанс снять обременения с их имущества. И теперь, к сожалению, я должен вернуться домой, так как я пообещал жене приехать к обеду. Ну а поскольку все это пока должно оставаться в тайне, думаю, с моей стороны было бы преждевременно поздравлять мисс де ла Молль.
– Да, да, пока никому не говорите. Ну, до свидания.
Сев в бричку, мистер Квест поехал домой, исполненный чувств, которые с трудом поддаются описанию.
Час его мести пробил. Он разыграл свои карты и выиграл игру, а с нею с деньги, ибо теперь его враг был у него в руках. Оглянувшись на гордые башни замка, он подумал, что не пройдет и года, как они будут принадлежать ему. Когда-то он искренне мечтал завладеть этим местом, но теперь оно перестало быть объектом его страстного желания. Теперь он хотел денег. Имея тридцать тысяч фунтов, он, вместе с тем, что у него уже было, станет богат, и он уже строил планы на будущее. От Эдит в последнее время не было никаких вестей.
Она была запугана, но он отлично знал: это только на некоторое время. Вскоре алчность перевесит в ней страх, и она возобновит преследования. А раз так, он принял решение – он установит между ними мир. Как только он получит эти деньги в свои руки, он начнет жизнь заново в какой-нибудь другой стране, ведь он еще не слишком стар для этого. Главное, он будет богат, и тогда, возможно, он, наконец, избавится от забот, делавших большую часть его существования никчемной. Если Белль уедет с ним – хорошо, если нет – значит, так тому и быть. Если она все же уедет с ним, сначала они должны помириться, потому что он больше не может и дальше жить той жизнью, которой они жили.
Предаваясь таким размышлениям, он доехал до «Дубов» и вошел в дом. Обед был на столе, за столом сидела Белль. Как обычно, одетая во все черное, она была удивительно хороша. Однако ее круглое детское личико было бледным и печальным, а под глазами залегли темные тени.
– Я не знала, что ты вернешься к обеду, – сказала она. – Боюсь, нам едва хватит еды.
– Да, – ответил он, – я закончил дела в замке и подумал, а почему бы не вернуться домой? Кстати, Белль, у меня есть для тебя кое-какие новости.
– Какие именно? – спросила она, поднимая на него глаза. Что-то неуловимое в его тоне привлекло ее внимание и пробудило в ней страх.
– Твой друг, Эдвард Косси, собрался жениться на Иде де ла Молль.
