Ничего! С разгрузкой, установкой жилья и складированием вещей управились. А потом начался самый обыкновенный отдых туристов — дикарей. Правда, местность не соответствовала прежним представлениям о тропиках. Скалы, покрытые сине-зеленым кустарником эндемика. Вместо пальм, хвощевидные травянистые растения, наподобие известной мне "медвежьей дудки". Только высота этой "травки" была порядка двадцати метров. И песок на пляже не светлый, а темно-серый. Цветы? Их еще на этой планете нет. А те, что имеют земное происхождение, остались далеко на севере. Ни меня, ни Семеныча, такое расхождение с привычными стереотипами не расстроило. А женщины… Земных тропиков они не видели даже на картинках, а потому, пейзаж их вполне устроил.
Первая неделя заполненная активным бездельем, пронеслась быстро. Я дал Семенычу отдохнуть и развеяться. Теперь можно было затевать с ним тот разговор, ради которого мы и забрались так далеко, в места совсем не охраняемые. И нужно думать, что еще и не подслушиваемые.
В этот день, мы сидели на камнях в маленькой тихой бухте и ловили на удочку местную живность — ленточных морских змей. С настоящими змеями, этих обитателей здешних вод, роднило только длинное вытянутое тело. А так, рыба и есть рыба. Для ухи вполне сойдет.
— Как по твоему Руссияныч, долго эта война еще продлится?
— Значит ты не считаешь, что у нас мир?
— Нет, не считаю. Перемирие. Не более того.
— Ты прав. Война для нас не кончилась. Нас просто оставили на время в покое. Как только кончится Большая война, за нас возьмутся вновь.
— Кто-то из победителей? — Семеныч подсек очередную "змейку" и не прекращая беседы тянул ее на берег.
— Не знаю, будут ли в этой войне проигравшие.
— Поясни мне этот момент. Про войны без победителей, я знаю давно. Но войны, в которых выигрывают все воевавшие… — кинув в пластиковый контейнер добычу, Коробов сменил наживку и вновь закинул удочку.
— Все просто. Воронов нам уже говорил, что для Сообщества и Империи, эта война является необходимым прикрытием для проведения внутренних реформ. Что там у них делается, мне не известно, но расширять свои владения они не намерены. Да им это и не нужно. Эта война ведется за уменьшение числа нахлебников.
— Я помню. Новый рабовладельческий строй и так далее.
— Плохо то, что мы не нахлебники, а очень даже нужные люди. Поэтому нас в покое не оставят. С точки зрения господ мира, мы их собственность.
— Руссияныч, навряд ли этим врагом станет Империя.
— Правду говоришь. За нас возьмется Сообщество. Сейчас ему не до нас, но все-равно мы ими не забыты. Как только закончится эта война, начнется другая. Передышки нам не дадут. Нужно пользоваться тем временем, что у нас есть.
Некоторое время мы молчали. Спешить было некуда. Пойманных "змеек" уже хватало на хорошую уху, но возвращаться на стоянку нам не хотелось. Ладно, порыбачим еще.
— В общем так, мне скоро лететь в Берложье и разбираться с тамошними делами. Года три, мне с тобой вот так, наедине, не встретиться и не поговорить будет. Поэтому слушай меня Семеныч внимательно и постарайся все сделать так, как я говорю.
— Давай, излагай!
— Ты остаешься здесь практически самым главным в нашем деле. Вся подготовка войны будет на тебе. Это официально так. На деле, ты будешь выполнять только часть этой подготовки. Другую часть, готовить буду я.
— Кажется я понимаю тебя. Ты хочешь, чтобы основные боевые действия были не на Немезиде. И базой для подготовки следующей войны, ты видишь Берложье.
— Правильно понимаешь! Ликвидация оставшихся "осиных гнезд" и оборона планеты — это на тебе. Моя задача — удержать Берложье и разгромить сразу две Империи.
На лицо Коробова нужно было смотреть. Он ведь не верил своим ушам! До сих пор я ничего безумного ему не предлагал.
Полюбовавшись его физиономией, я продолжил:
— Ты не ослышался. Именно это я и собрался делать. Не потому, что с дуба рухнул, а потому, что это суровая необходимость. Громить империи поодиночке у нас не выйдет. Хотя бы потому, что пока мы занимаемся одним врагом, у второго руки будут развязаны. И у него будет время для того, чтобы понять, как мы добиваемся успеха. А поняв, он не только избежит разгрома, он еще сумеет не допустить нашей победы. И все тогда пойдет прахом.
— Все-равно я тебя не пойму. Военная наука советует избегать войны на нескольких фронтах одновременно. А уж с многократно превосходящими силами противника и подавно.
— Она не советует. Тут ты прав. Но она не уверяет, что это невозможно. При жизни моего Повелителя, мы вели одновременно три войны: в Китае, на Среднем Востоке и в Европе. И противники наши были сильнее нас. Но мы везде победили.
— А потом? Долго ли ваша империя существовала?
— Она и не умирала. Она просто сменила хозяев. Но ты прав. Нас погубили не победы. Нас погубили захваты и стремление удержать захваченное. Вот только на этот раз мы ничего захватывать не станем. Захваты — теперь это лишнее. В свое время, пиндосы и "косые" этого не поняли. Через несколько лет они об этом пожалеют. Если только поймут.
